Вечный Палач

Делать мне было нечего, как по подвалам и фермам лазить, как я только не свалился в котел с раскаленным металлом… Да и этот сопровождающий, как он мне надоел со своим брюзжанием и критикой правительства… Кстати, Костиком его завали, как Обручникова…

Во, а не позвонить ли мне Обручникову – он у нас большой психолог, ПИД… дагог, мать его… может, он растолкует, что к чему?»

Пошарив по засаленным карманам, Катин извлек гнутый, почерневший от времени жетон и поспешил к ближайшему телефонному аппарату. В двух будках были оборваны трубки, в третьей поломан диск.

Алексей вернулся к аппарату, по каковому совсем недавно звонил в «Скорую», но оный сразу же после набора номера, заглотнул жетончик и самодовольно заурчал.

«…твою мать. Разве это жизнь! – дал волю своим накалившимся эмоциям Алексей. – Полгорода надо обежать, прежде чем куда-нибудь дозвонишься. Быстрее пешком дочапать к Константину в общагу, чем отыскать в этом некоммутативном городище, хотя бы один, исправный аппарат, с первой же получки покупаю мобильник…»

Подобрав с земли полуобгоревшую спичку, Катин решил воспользоваться старым, проверенным способом.

Едва аппарат заурчал в ожидании очередного жертвоприношения, Алексей сунул в его ненасытную глотку остро отточенную спичку, и телефон, потрескивая и недовольно хрипя, соединил его со вторым общежитием пединститута…

7. Случай в сталеплавильном цеху

После окончания лекции, Константин спустился в холл и собрался уже направиться в подвал в раздевалку, дабы безотлагательно покинуть стены сего образовательного заведения, как столкнулся лбом в лоб с Пашкой Веселкиным.

Павел работал шофером-экспедитором при институтской АХЧ, а жил в той же общаге, что и Константин. Это был небольшого роста, как и Костя, молодой человек с большой, как у гидроцефала, головой и подслеповатыми, беспардонными глазами, которые он прятал под толстыми линзами очков. При всей его неказистости и безобразности, Веселкин обладал большим мужским достоинством, нет, не тем, что скрывается от любопытных глаз в широких штанинах, хотя и это тоже было завидных габаритов, но главное – Пашка обладал необычайным даром красноречия и убеждения.

Он мог заговорить зубы любой представительнице прекрасного пола. Видели бы вы, какие куколки-прелестницы перебывали в его искушенных, наторелых, волосатых руках.

– Привет, Костя, ты случайно не свободен сегодня вечером? – крепко пожимая руку, полюбопытствовал Павел.