Шаги в глубину

Ума, кстати, не приложу, что за бред он там городил, пока меня не было.

– Эм, н-ну, да.

Наверное, самые глупые три слова, которые можно услышать о Лиминали. И уж точно – самое глупое место о ней говорить, когда корабль Его Меча так близко. «Ты, кажется, не верила в карму, Алекса?»

– Ничего не понимаю, – честно сказала я. – Почему одна из Лиминалей на «Телесфоре»?

– По-последняя из Лиминалей.

– Радужное уточнение, Дональд. Ну?

Капитан выглядел куда хуже, чем после драки в невесомости. А меня разбирало любопытство: в конце концов, я только что видела невозможное, это самое невозможное меня собиралось прикончить, почему-то не прикончило, и вот я, стоя в теплом коридоре, разговариваю с сопляком, который что-то знает.

– Д-длинная история, – потерянно сказал Дональд. – Д-давай в другой раз, а?

Да ладно.

– Послушай, дружище, – я, черт побери, была очень зла. – Давай я расскажу, как это все выглядит. У тебя на корабле последняя из Лиминалей, ты ее держишь в криокамере, и она почему-то считается с твоим мнением.

Он опустил глаза и покачал головой.

«Да что с ним, а?!» Я уже сделала шаг, чтобы как следует потрясти паршивца, когда до меня дошло. Так выглядит человек, который понимает: расскажи он сейчас историю – и пути назад не будет. Мои подследственные обычно после такого или шли в полный отказ, или каялись во всем, подписывая себе хоть частичку снисхождения.

Словом, это называется: «После моего рассказа я навсегда в твоей лодке».

Черт, а ведь волнительно, а? Тем более что это я нахожусь в его лодке.

– Его М-меч послал Рею убить меня.

Первый вопрос звучал так: да кто ты такой, чтобы Его Меч отправлял по твою душу Лиминаль? Меня это страшно интриговало, но куда занятнее оказалось противоречие: за Дональдом послали Лиминаль, но Дональд стоит передо мной.

– И почему же ты до сих пор жив?

– Д-длинная история.

«Бесит».

– Слушай, ты! Мы договорились обменяться информацией друг о друге, или как?

Он кивнул и решился.

Я за него даже рада.

– «Т-телесфор», разблокируй запись «Рея», – сказал Дональд в пространство и поманил меня за собой.

– Принято, Дональд.

Коридор пульсировал волнами жара: мощная корабельная установка изо всех сил драконила органику, и фрегат восстанавливался так быстро, что это ощущалось – вибрацией, нытьем в ушах на пределе слышимости.