Предательство. Последние дни 2011 года

Когда она подошла к столику и поставила их, Олег Борисович встал и представил:

– Это Маша, моя…

– …дочка, – продолжил Сергей Георгиевич и протянул руку. – Будем знакомы – Сергей Георгиевич.

Маша смутилась, не стала возражать, приветливо улыбнулась, пожала протянутую руку, пробормотала «приятно познакомиться» и смущенно покинула веранду, но чувствовалось, что она весьма довольна.

– Спасибо, – тихо произнес Олег Борисович, потом добавил: – Как-то она видела у меня вашу книгу афоризмов, попросила дать почитать.

Потом взяла вторую книгу. Когда сегодня сказал, что Вы будете в гостях, она попросила познакомить. Не возражаете?

– Почему я должен возражать? – удивленно спросил Сергей Георгиевич. – Тем более что уже познакомились. Надеюсь, что мы с ней поговорим. Еще раз, рад, что у Вас все наладилось.

Разговор неожиданно прервался. Тишина, словно некая материя, проникала во все пространство веранды. Эта упругая воздушная материя не способствовала движению звука. Мужчины это чувствовали, поэтому смотрели на лес, поляну и молчали.

* * *

Они долго молчали. Время шло, а решение надо было принимать.

– Сергей Георгиевич, от университета кто-то должен быть. Иначе они разнесут все. Это серьезные люди, с ними шутить нельзя.

– Максим, ты был у ректора, что он сказал? – спросил Сергей Георгиевич и сам же продолжил: – Можешь не говорить, все свалил на Александра Борисовича.

– Точно, только добавил, что его самого не будет на месте, он должен отъехать.

Сергей Георгиевич с удивлением посмотрел на Максима и усмехнулся.

Спонтанные отъезды ректора в ответственные моменты, которые часто возникали в «горячие 90-е годы», он уже познал. А моменты эти возникали с определенной периодичностью – бандиты различных мастей заглядывались на имущество университета.

– Ладно, вариант с ректором отпадает, а что сказал Александр Борисович?

– Вам поручили аренду, Вы и разбирайтесь.

– Отлично, – возмутился Сергей Георгиевич, – мне поручили, а тот договор аренды они заключили, они и ходят к тебе обедать.

А я должен разруливать.

– Какой прок от них, Сергей Георгиевич? Они понятия не имеют, что такое стрелка, разборка. Один со страху скажет что-нибудь не то, а Александр Борисович поведет себя не так – станет говорить как приблатненный, потом в проблемах захлебнемся.

– Ты так говоришь, словно я каждый день участвую в бандитских разборках и стрелках.

– Вы умеете говорить, это главное. Потом, не изображаете из себя крутого. Вы такой, какой есть.