Я и моя суккуба

За стены уже и днем не выйдешь, а ночью вообще страх. Не знаю, что будет дальше. Еще год назад это был прекрасный и цветущий городок, а теперь… сам видишь.

– Год назад?! – я вытаращился и обдал сидящего напротив Ермака хлебными крошками. Тот скривился, но молча оттряхнул бороду.

– Угу, – Лера кивнула. – Мы здесь полтора месяца, но многие ребята из квартала киснут по году и больше. Фиг знает, когда все это началось, но ходят слухи, что чемпионы высших рангов кукуют тут десятилетие.

– А еще говорят, – с грустью добавила жрица, – что все старички сгинули во время рейда на Владыку.

– Пипец… – я сцепил пальцы на затылке и вытаращился в стену.

– Кстати, – спросила рыцарь, – а какой у тебя класс? Ермак, очевидно, воин, а ты? Чародей?

– Нет. Демонист.

Девушки как по команде оцепенели и уставились на меня с такими лицами, будто позади открылся портал и оттуда вылезла башка властелина преисподней.

– Что не так? – я удивленно завертел головой, но никто не издал ни звука.

Глава 3. Никто не любит демонистов

Нас выставили за дверь без объяснения причин.

Точнее, выставили только меня, но Ермак проявил мужскую солидарность и тоже ушел. Едва услышав о моем классе, Ингрид густо покраснела и спрятала глаза, а Лера вскочила, чуть не опрокинув стол, начала орать и тыкать на дверь и была в шаге от того, чтобы схватиться за меч. Девушка разъярилась сильнее, чем во время битвы с портовой голытьбой, и все мои попытки узнать, чем не угодил и что не так сделал, разбивались о вопли и приказ немедленно убираться.

– Не жалеешь? – спросил соратника, шлепая по грязи.

– О чем? – удивился воин.

– Мог бы остаться в одной комнате с двумя милашками.

– Да кто ж позволил бы, – Ермолай хмыкнул и потер усы. – Сразу видно – мадамы воспитанные, приличные. Мужика бы с собой не поселили.

– Может, и так.

А может, и нет. В голову без спроса влезла пошлая мыслишка о том, как девчата готовятся ко сну. Подбрасывают дрова в камин, кипятят воду в ведрах и наполняют лохань – одну на двоих, для экономии. Снимают пыльные, пропитанные потом одежды – а чего подругам стесняться? Залезают в ванную, неловко касаясь друг друга бедрами.

– Потрешь спину? – невинно спрашивает Ингрид, хлопая ресницами и протягивая вспененную мочалку.