Очевидец

Открыла вино, плеснула немного в большой фужер темного стекла из праздничного сервиза.

Ванна постепенно наполнялась.

Девушка принесла из своей комнаты дорогущий косметический набор – подарок на прошлый день рождения. Она редко им пользовалась, берегла для самых торжественных случаев. Села перед зеркалом и аккуратно, без вызова, накрасилась. Наверное, она еще никогда в жизни так не старалась.

Вода дошла уже до половины.

Иринка сходила на кухню, покопалась в сушилке, выбирая нож поменьше и поострее.

Ничего подходящего не нашлось, и тогда она вспомнила, что несколько месяцев назад видела у матери в аптечке небольшой скальпель.

– Савва, ты?

– Командир? – Сонный голос Корнякова мгновенно окреп. Что-что, а мгновенно просыпаться он умел. Служба научила. – Доброе утро. Что случилось?

– Мне только что звонил Даниил, сказал, что стоит у подъезда одной из девочек Елагина. Он ее вчера до дома проследил. Утверждает, что чувствует беду. Я понимаю, как это звучит… да что я тебе объясняю! В общем, по мнению Дани, она прямо сейчас собирается вскрыть себе вены.

– Твою мать!

– Ругаться после будем. Сейчас – лети туда, и постарайтесь вдвоем ее остановить.

– Как? Она двум мужикам дверь, небось, не откроет.

– На месте разберешься. По телефону уговорите или дверь выбейте.

– Участкового придется звать. Надо звонить в отделение, подтвердить полномочия, иначе пошлют.

– Знаю, но звонить не буду. Что я им скажу? Толком ничего не соврешь, а правду вообще говорить противопоказано.

И наверх обращаться сейчас не стоит: не хочу, чтобы всё опять началось – сейчас нам не до Даниных чудес. Когда со всем разберемся, тогда и подумаем, как быть и что делать. Отец Адриан в курсе, но всё остальное – под мою ответственность. Скорую я вызвал. Вопросы?

– Всё ясно, командир. Через пять минут выезжаю. Диктуй адрес.

Когда ванна набралась, Иринка завернула кран, расправила рукава воздушного выпускного платья – и, не раздеваясь, полезла в воду.

Белоснежная кисея вздулась и поплыла, мешаясь с пеной.

Тепло окружало со всех сторон, а белое марево колыхалось вокруг. Иринке казалось, что она сидит на облаках.

Где-то далеко, в коридоре зазвонил телефон. Долго, требовательно, настойчиво. Дал звонков двадцать, замолчал и снова разразился звонкой трелью.

«Анжела, наверное. Волнуется, куда я пропала», – подумала Иринка и надела наушники, отрезав телефонный призыв навсегда.