Интриган. Новый Петербург

Главное – не спалить и это заведение, ведь за него придется отстегнуть несоизмеримо больше.

И в этот раз призвал на помощь не огонь, а воду, превратив ее в тончайший слой льда под ногами бандитов.

Какое-то время те маршировали на месте лунной походкой, а затем дуновение ветра сбило с ног всю десятку.

Тут слегка перестарался, и во все стороны полетела посуда, скатерти и подолы платьев.

Почтенная публика с воплями кинулась прочь, а я же с усмешкой вращал пальцем, точно перемешивал чай в стакане, и бугаи с вытаращенными зенками вертелись на полу, как заправские брейк-дансеры.

Увы, шоу пришлось прервать, когда над ухом щелкнул курок, а в затылок уперлось холодное дуло.

– Закiнчуй цей балаган, – узнал знакомый голос. – Про шо хотiв казати?

Охранники замерли, а зашедший с черного входа Гордей спрятал револьвер и сел напротив. Я велел Марку принести чемоданы и открыл тот, что с деньгами.

– Здесь вся сумма.

– А там? – Хмельницкий указал трубкой на тонкий кейс, куда могли поместиться только бумаги.

– А там кое-что крайне важное, о чем я хочу лично переговорить с твоим отцом.

– Отец со всякой шушерой не балакает, – очевидно, Гордей мог спокойно разговаривать на русском, просто не хотел.

– А как насчет уполномоченного посредника семьи Кросс-Ландау? – я положил ладонь на кейс и многозначительно посмотрел на собеседника. – С правом торговать алкоголем в порту.

Толстяк насупился и зыркнул исподлобья.

– А не брешешь? Ну-ка, покажи. Если подделка или филькина грамота – я сломаю тебе ноги.

Я открыл крышку и повернул чемодан к Гордею. Тот поднес лист к лицу и долго изучал, разве что не обнюхивая печать. После чего сказал:

– Крыжовник и сирень.

– Что? – не сразу понял, к чему он клонит.

– Любимые духи Риты. Очень редкие, от частного зельевара прямиком из Польши. Ни у кого таких больше нет. Значит, подпись настоящая. Не знаю, как ты ее добыл, но мне твой подход нравится. Три дня назад вернулся с фронта в обнищавший дом, а уже ходишь, как англицкий джентльмен, катаешь на элитном кабриолете и сыплешь грошами налево-направо.

***

Широкая гравийная дорога петляла меж раздольных полей, протянувшихся от горизонта до горизонта.

Я увидел и пшеницу, и ячмень, и стройные ряды кукурузы и красно-зеленые всходы сахарной свеклы – культуры, идеально подходящие и для здорового сытного питания, и для производства алкоголя.