Императорский отбор

Какой сейчас год?

– Тысяча восемьсот восемьдесят восьмой.

– Хм… Век стали и пара, выходит. А магия?

Альберт поднял ладонь, и меж пальцев вспыхнул тусклый шарик золотого тумана.

– Когда-то он был ярче… – свет отразился в печальных серых глазах. – Гораздо ярче. Знал бы ты, юнец, сколько чертей я изгнал вот этой рукой… Но это – ничто, жалкие фокусы, по сравнению с мастерством вампиров. Те умеют насылать огненные шторма и ронять звезды на землю. Когда же во время стародавнего восстания их выкурили днем в чистое поле, они просто устроили затмение.

– А про саму принцессу что-нибудь известно?

– Ничего, – Александр качнул головой. – Анхальты боятся солнца и редко покидают дворец. Анну же и вовсе никто никогда не видел.

– Вот если бы Дракула был жив! – продолжил сокрушаться старик.

– Папа, хватит.

– Да как тут успокоиться?! А если Трофим победит? Его же превратят в одного из них!

– А раньше не могли предупредить?

– Тебе волноваться нечего.

– Боюсь, это все, чем мы сможем помочь. Самое важное придется узнавать на месте – в том числе и свежие правила. Кандидата может сопровождать один член семьи. Я вынужден остаться – супруга слегла после таких новостей. С тобой поедет Альберт – и попутно расскажет все, что нужно.

– Не так я представлял себе поход на твердыню Сатаны, – проворчал клирик и пригладил казачьи усы. – Ох, не так.

– И прошу обоих – без глупостей. Отбор крайне важен для всех нас. А теперь идем. Пора собираться в дорогу, поезд отбывает на рассвете.

Меня отвели в небольшую спальню на втором этаже особняка. Встав у овального ростового зеркала, я оценил свое новое вместилище. Судя по болезненной бледности и худобе, Трофим Титов и прежде промышлял вампиризмом – никогда не выходил на улицу, перемещал все только магией и питался исключительно кровью.

Треугольное же лицо с обрамлении жидких пшеничных волос отдаленно напоминало молодого Есенина, если бы тот несколько лет горбатился в концлагере. Впалые щеки и глаза, острые скулы и подбородок, тонкий нос и выцветшие голубые глаза, да еще и рост чуть выше среднего. С таким набором мне только пьяных птушниц кадрить, а не принцесс.

В родном мире внешность у меня куда как более выразительная.