Императорский отбор

В остальном же обитель упырей выглядела заброшенной и запустевшей, а высоченные стрельчатые своды давили на душу как пресс. Еще большей тревоги нагоняли окна – высокие и узкие, как бойницы, застекленные красными витражами. Лунный свет, проходя сквозь них, падал на стены пролитой кровью и подкрашивал багряным едва заметный холодный туман.

Казалось, хозяева всеми силами старались подчеркнуть свое отличие от людей и их укладов, а заодно показать жалким букашкам место в пищевой цепочке. Но вот коридор закончился, и мы оказались в просторном зале – некоем подобии оперного театра с громадной многоярусной люстрой.

Под ней стояли два золотых трона на фоне пурпурного занавеса, а первый ряд перед сценой отвели под закрытые вуалями ложи. И судя по виднеющимся за ними силуэтам, нас привели последними, как самых слабых и недостойных случайной встречи с фаворитами. Недобрый знак, впрочем, что тут вообще может быть доброго?

– Прошу, – служанка приоткрыла занавеску, и мы заняли свои кресла.

Несмотря на мягкую обивку, я сидел, как в железной деве – мало того, что спина болела, так еще и предвкушение грядущего представления не внушало особого спокойствия.

– Не нервничай, – прошипел Альберт, не сводя глаз со сцены. – Веди себя, как я учил. Когда представят – подходишь, преклоняешь колено перед императором, целуешь руку цесаревне, пятишься к лестнице и растворяешься во мраке. Если вдруг что-то спросят – отвечай прямо и односложно. Прибыл на отбор, готов участвовать, постараюсь оправдать ваше доверие и все в таком духе.

Процедура формальная, так что никакой самодеятельности, понял? И обрати особое внимание, как будут выходить другие. Ты-то наверняка в хвосте пойдешь.

– Господа, внимание! – на край сцены точно тамада ступила София все в том же платье. Выждав паузу и убедившись, что все звуки стихли, девушка продолжила: – Его Императорское Величество Владимир Первый Анхальт!

Занавес приоткрылся, и под тусклые лучи свечей вышел мужчина с фигурой бывалого тореадора. Рост под два метра, широченные плечи и узкая талия, небрежно перетянутая алым кушаком.

Из одежды – довольно простой двубортный пиджак, брюки и сапоги до колен. А вот физиономия более примечательная – ни дать ни взять тот эльф с портрета с высеченным из мрамора лицом с длинными седыми волосами.

Встав рядом с распорядительницей, мужчина негромко заговорил, но его голос въедался прямо в мозг, словно он шептал на самое ухо.

– Дорогие друзья и соратники, рад приветствовать вас на отборе.