Ферромант

– Иди ты к черту… – Амис скривился, точно лимон укусил, и посмотрел сквозь люк в синюю высь, где проплывало стадо кучерявых облаков.

Удавка впилась в кожу, стопы оторвались от земли. В висках загудели барабаны, легкие обожгло огнем – не вдохнуть! Тогда-то парень понял, что это – не шутка и не очередной урок, а здесь и сейчас его убьют по-настоящему. Радужные пятна в глазах потемнели и залили все вокруг, сильнейший, непреодолимый сон наполнил голову свинцовой тяжестью. В отчаянии и предсмертной агонии принц задергался, как пойманная на крючок рыба, но уже ничто не могло его спасти.

Вот и все. Это конец.

– Почему ты все спускаешь ему с рук?! – из непроглядной глубины эхом донесся голос брата – еще совсем молодого. – Почему мы должны днем и ночью учиться, а он может играть сколько захочет?

– Праздность – его награда, – с назиданием ответил король. – Ведь Амис никогда не взойдет на престол.

– Амис! – королева-мать золотым вихрем пронеслась по саду и схватила извивающегося мальчугана.

 – Уже такой большой! Скоро я тебя не подниму!

– Артан и Альвин дерутся на мечах. Можно и я подерусь с ними?

– Ну что ты, – мама прижалась носом к щеке, и принц звонко расхохотался. – Еще поранишься.

– Братья уже поранились. Почему мне нельзя?

– Потому что они скоро упорхнут из гнезда. А ты будешь радовать нас с папой долго-долго, до самой старости.

– Тупая псина, – малец швырнул в гончую камень. – Пошла вон!

– Ваше высочество! – кухарка опустилась на колени и простерла к принцу морщинистые руки.

 – Умоляю, помилуйте!

– Я просил бисквиты, а не сдобные булки! Я кто, по-твоему – холоп, чтобы давиться простым хлебом?!

– Я все сейчас приготовлю. Полчаса, прошу!

– Бестолковая старуха! А ну вставай на четвереньки и лай, не то расскажу отцу!

– Уф, уф. Ррр-гав!

– Неубедительно! – мысок сапога впился под тощий зад. – Старайся лучше, иначе под кнутом завоешь, как надо!

– Встретиться еще раз? Ты что, сука, о себе возомнила? Может тебя и в жены взять?

Амис распахнул глаза, резко сел и схватился за шею.

То, что он увидел, мало напоминало загробный мир – скорее спальню злобной одинокой ведьмы. Узкая кровать без балдахина, огромный – почти во всю стену – книжный шкаф, занавешенный кружевной скатертью туалетный столик и небольшой гардероб. Сама же хозяйка сидела у круглого окна и читала книгу, попивая чай и закусывая печеньем.