Месть психиатра

– Постой-ка, – встревоженным голосом она задержала сына и приподнялась на цыпочки, присматриваясь к его волосам. – Боже мой, да у тебя виски седые! И вокруг глаз морщинки. Что случилось, сынок? – В её взгляде было столько страха, что Николай поспешил успокоить мать.

– Ничего у меня не случилось. Просто старею.

– Да, это в двадцать шесть лет-то?!

Мать пошла вслед за сыном, который отправился мыть руки.

– Сыночек, скажи правду, ну пожалуйста! Вчера с утра у тебя был нормальный цвет волос. Что произошло? Мать не давала закрыть дверь в ванную.

– Я тебе честно говорю: ничего у меня не случилось. Позволь закрыть дверь, я хочу в туалет.

Мать покорно отошла от двери, но уходить не собиралась. Как только он вышел, вновь кинулась к нему с расспросами. Николай, понимая, что она не отстанет просто так, решил соврать.

– Ольгу помнишь? – он сел на своё место за столом в ожидании ужина.

– Скворцову, светленькая такая?

– Да. Она ушла к другому.

– К кому?! …Вы же вроде с ней расстались?

– К одному придурку, ты его не знаешь.

– Вот стерва! Ну и очень хорошо, что она до свадьбы раскрылась. Ты правду говоришь?

– Мам, когда я тебе врал?

– И ты из-за этой дуры так расстроился, что поседел? – мать нежно обняла сына. – Плюнь ты на них! Зачем они тебе нужны?

– Я и наплевал. Сначала расстроился, потом подумал – и наплевал. Давай кушать, мам, умираю с голоду. Как поживает Семён Николаевич?

– Хорошо. Спрашивал, почему ты не пришел на его день рождения.

– Правильно сказала. Зачем я там вам буду мешать? А поздравление я ему по ватсапу послал.

– Ничего бы ты нам не помешал! Поел бы вкусненького, а то ни на один вечер тебя нельзя одного оставить. Вчера вот голодным лёг.

– Мам, ну что ты! Я совсем не голодный был.

– Сынок, ты действительно из-за Оли расстроился?

– Да. Не столько расстроился, сколько обидно стало. Я к ней с душой, а она…

Мать тяжело вздохнула, раскладывая еду по тарелкам.

– Такие обманщицы, сыночек, не стоят того, чтобы ради них нервы мотать, – мать наставляла сына, который молча ел суп и думал о своём. Он лишь изредка посматривал на мать, давая понять, что весь во внимании. Поев, Николай встал из-за стола.

– Всё было вкусно.