Месть психиатра

Эдик тоже было засобирался домой, но заметив, что Пётр не встал со своего места, решил остаться, полагая, что тот хочет поговорить.

Глава 2

Когда за Николаем закрылась дверь, Степан вернулся на своё место за столом и уткнулся в компьютер. Пётр молчал и лишь его взгляд, словно луч фонарика, блуждал по комнате, ни на чём конкретно не останавливаясь. Эдик, подперев кулаками щёки и упёршись локтями в коленки, смотрел в пол. В комнате установилась напряжённая тишина.

– Интересно, он слышал, о чём мы тут говорили? – Пётр сказал это как бы в пустоту, словно разговаривал с самим собой.

– Вполне вероятно. Нехорошо получилось, – Эдик ответил первым.

– А я знал, что он услышит, потому напрямую и сказал, – Степан оторвался от монитора и повернулся лицом к друзьям.

– Ты что, очумел?! Разве такое говорят в лицо, он же твой друг! И потом, откуда ты мог знать? – Эдик от возмущения даже встал и стал ходить по комнате, а потом остановился возле Степана.

– Помните… возможно, вы и не помните, ладно, не столь важно… Когда вы Петькиными очками занимались, я вышел попить, что-то в горле пересохло. Так вот, я видел, как мать выходила из квартиры, а Колька входил. Поэтому звонка не было. Он попал на открытую дверь. Я даже не попил, быстрей в комнату вернулся, потому что торопился начать разговор. У меня эта мысль давно родилась, но я, как и вы, боялся обидеть. А сейчас случай подвернулся.

Друзья молча слушали Степана.

– Понимаете, именно от того, что он мой друг, я не могу спокойно смотреть на то, как он впустую растрачивает свою жизнь.

– Что значит впустую? Он же медицинский окончил. Психиатром в больницу устроился. И потом, он мне сам говорил, что диссертацию начал.

– Не в какую-то, а в нашу психушку, – поправил Пётр.

– Какая разница! – Эдик всё никак не мог успокоиться. Его голос выражал возмущение.

– Действительно, Степан, Эдик прав. Николай стал врачом, работает.

Эмоционально более выдержанный Пётр наконец-то определился, чью сторону он примет, хотя его замечание было весьма пространным.

– Да поймите вы, – теперь пришла очередь возмущаться самому Степану. – Колькин путь только начинается. Сейчас он должен определиться: или он будет восходить – или нисходить. А диссертацию ни фига не пишет: сам мне говорил, что бабы отвлекают, не до диссертации. Понятно? У него только девки в голове! И то – не самые достойные. Он прожигает свою жизнь впустую.