Миссия в пыли

На этот раз вслушиваюсь в слова:

В городе Уртвахердон

Жарко летом, как в печи,

Скучный воздух раскалён,

Хоть исчезни, хоть кричи.

Голос станет твой силён,

И отступит быстро грусть…

В городе Уртвахердон

Петь, пожалуй, научусь.

В городе Финдракехоф

Ветры влагу принесут,

То ли слёзы, то ли кровь

Защекочут мне в носу.

Странно очень жить одной

В городе Финдракехоф.

В забегаловке ночной

Я найду свою любовь.

В месте Штандехольдефлих

Всё изменится опять,

Чувства – это только миг,

Их никак не удержать.

Я одна среди живых,

Где богатство и уют.

В месте Штандехольдефлих

Я для вас ещё спою.

Я, наверное, не до конца понимаю смысла слов, но звучание завораживает. Я прослушиваю песню ещё раз или два, гляжу на экран, отмечая имя исполнительницы – Аньела Курц. Потом «Шпет» переключается на следующую композицию, и я расслабленно слушаю.

Пожалуй, музыка – это лучшее, что я сейчас могу себе позволить. Я сосредотачиваюсь на звуках, для меня почти не существует окружающего мира, и так я учусь концентрироваться на важном.

Возможно, прослушав так пару сотен композиций, я сумею пользоваться своим обострённым чутьём избирательно. Когда надо, видеть отдельные молекулы, а когда надо – сплошную стену. Иногда – слепнуть от яркого света, а иногда – только отмечать, что он есть.

На этой позитивной мысли я вдруг понимаю, что в палату въехал доктор 239.

– Извините, ыкс-майор, – говорит он. – К вам посетитель.

4

– Прошу вас покинуть помещение, – слышится зычный голос из коридора, и я невольно вздрагиваю.

Кто бы это мог быть?

– Да-да, конечно, – доктор 239 разворачивается на месте и удаляется так же быстро, как и появился.

В следующее мгновение в палату входят два крупных молчаливых бойца в громоздких экзоскелетах с огромными бластерами неизвестной мне модели в руках. Взгляды из-под низко надвинутых касок обшаривают помещение, видимо, опасаясь, что кто-то спрятался у меня под койкой или в тумбочке.

Бойцы пахнут металлом.

Вслед за бойцами влетают два механических дрона со множеством вертящихся винтов и несколько почти незаметных полупрозрачных экосимов, которые, похожие на летающие осколки стекла, принимаются сновать по помещению от одной стены до другой.

Затем бойцы замирают в углах палаты слева и справа от меня, а в помещение вразвалочку заходит ещё один человек, в сером костюме с чёрным, как мне кажется, плохо подходящим, галстуком.