Миссия в пыли

На полу перед ним было распростёрто безжизненное тело с простреленной головой, изуродованным лицом и содранными отпечатками пальцев, предположительно принадлежащее хозяину дворца. Инспектору предстояло выяснить, покончил ли этот человек – известный, богатый, окружённый любящей семьёй и сотнями охранников – с собой или ему помогли уйти из жизни?»

Этот коротенький текст я преодолел с трудом, после чего пробормотал: «Какая чушь!» и снова захотел спать. Возможно, я отвык читать. Чтение требовало слишком сильной концентрации.

Мне нужно было сосредоточить зрение на буквах, а не на частичках бумаги, нужно было не отвлекаться на звуки и запахи, которые долетали до меня со всех концов планеты Эгозон, а кроме того, попытаться понять смысл написанного. На два абзаца меня хватило, и я решил, что для первого раза хватит.

Потом, отдохнув немного, я попробовал позвонить Иблику. Его номер был недоступен. Возможно, отправили на задание. Хотел связаться со вдовой Анса, но тоже не смог. И вот лежу и думаю, не позвонить ли Зиберту или Апулинафи.

С одной стороны, я сейчас на больничном, не на службе. С другой, я чувствую потребность с кем-то поговорить, и этот кто-то – вряд ли одна из личностей в теле доктора 239. А кто?

Мои сослуживцы, с которыми я выполнял разные задания – друзья ли они мне? Переживал ли кто-нибудь за меня, когда я чуть не погиб на Рослине? В палате меня пока никто не навестил. С другой стороны, есть ли среди них те, о ком бы я сам переживал? Да, мне жаль Анса, и я буду всю жизнь помнить, что отчасти виноват в его смерти, но чувствую ли я, что мне его не хватает теперь? Как это ни жестоко звучит, пожалуй, нет.

И если убьют ещё одного из тех, с кем мне довелось вместе работать, вряд ли это будет для меня слишком большой потерей. Это грустно, но это так. Ну вот. Кажется, я уже звоню Зиберту.

– Да, Сэм, – отвечает он несколько гудков спустя. – Доброе утро. Слышал, что тебе лучше?

– Привет, Клос, – говорю я и чувствую, как неудобно говорить лёжа. Да и голос мой странно звучит.

 – В некотором смысле. Я очнулся и узнал, что мне предстоит тут лежать ещё очень долго, так что я могу пока отдохнуть от заданий.

– Это хорошо, – говорит он после необычно долгой паузы. Может, занят был, а я отвлёк? – Отдыхай, сколько нужно.

– Пытался позвонить Иблику, – говорю я, – но трубку не берёт. Как он?

– Он в отпуске, – отвечает Зиберт. – Прилетел с тобой, день поболтался тут и подал заявление. Улетел.

– Понятно. А Маа Арри?

Опять пауза.