Углицкое дело

Они все взялись за чарки, а там было хлебное вино, Парамон важно кивнул, и они дружно выпили, до дна, конечно, и сразу начали закусывать. Парамон еще закусывал, когда уже спросил:

– Ты кем здесь служишь, Сазон?

– Сенным сторожем, – ответил тот и сразу перестал закусывать.

А Парамон еще спросил:

– Из самых царицыных сеней?

– Нет, не из самых, конечно, – ответил Сазон уже с опаской. – А я здесь, на этой стороне. – И сразу быстро добавил: – Я что! Я этого дела не знаю! И мне и знать не положено!

– Не положено чего? – строго спросил Парамон и пальцем указал, чтобы ему еще налили.

– Ничего мне не положено, боярин. Я же ночной сенной сторож. А приключилось это днем, когда я после службы спал.

Парамон взял чарку, повернул ее в руке, но пить не стал, а спросил, глядя прямо на Сазона, прямо ему в глаза:

– Ну и что у вас тут приключилось? – Но Сазон молчал. Тогда Парамон гневно спросил: – За что царевича убили? Отвечай!

Сазон от таких слов стал белый-белый, но головы не потерял и поэтому твердо сказал:

– А почему это мне отвечать? На меня разве кто показал?

– Надо будет – и покажут, – строго сказал Парамон, после чего поднял чарку и осмотрел их всех.

– И покажут, и расскажут. И наговорят, если что. Но правда наверх выйдет! И вот за это и выпьем! А кто не пьет, тот зло таит! А кто не допивает, тот утаивает! Вот как покойный государь учил!

И с этими словами он, а с ним они все вместе выпили, на этот раз тем более до дна.

– Закусывай, закусывай! А то после спьяну наплетешь чего ненужного!

Сазон сразу принялся закусывать. Также и все остальные тоже сложа руки не сидели, и также с ними и Маркел. А когда немного закусили и когда даже Сазон уже перестал закусывать, а нет-нет да и поглядывал на Парамона, Парамон сказал:

– Чего-то Яков всё не возвращается. А Яков скоро пишет! За ним никто не угонится! – После чего опять спросил: – Сазон, а, Сазон! Так про что там у них сейчас на верху наш Яков пишет, а?

– Ну! – протянул Сазон с опаской.

– А что, – сразу дальше спросил Парамон, – такое дело темное? Ведь день же был! И, говорят же, прямо во дворе убили. И тех, кто убивал, тоже убили же. Вон же, – продолжил Парамон, – целый ров злодеев навалили, мы же видели!

– Я не валил, – сказал Сазон.

– А почему?

– Я спал.