Необходимо и достаточно

Например, на дачу.

– Погорели бы они со своими дачами! – выезжая на полосу встречного движения, чтобы обогнать очередного частника, сказал Крутиков.

– Почему? Свежий воздух, рыбалка. Да и позагорать можно. Коньячок, шашлычок…

– Дерьма!

– Взял девушку хорошую, спиннинг. Красота!

– Для идиотов.

При этом лицо Крутикова совершенно не изменялось. Ругался он машинально. И казалось, что слова эти попали к водителю на язык случайно, словно шелуха от семечек. Прокушев привык к этому и никогда серьезно со своим водителем не спорил.

В кабину постучали. Машина остановилась, Прокушев пошел посмотреть, что там в кузове случилось.

– Ну? – спросил он, открывая фургон.

– Кандидату плохо, – ответил Круминьш.

Щурясь от света, вылез Павлов. Его мутило. Сказались утренняя водка и езда в душной машине. Павлов виновато посмотрел на бригадира и сказал:

– Темно у вас тут…

Он немного постоял, держась за кузов, и вдруг дунул в ближайшую подворотню.

– Вот тебе и кандидат, – проговорил Прокушев.

Сорокин махнул рукой.

– Твой друг, что ли? – снова спросил бригадир.

– Да какой он мне друг! Сам вчера упросил покататься!

– Вот и покатались…

– У кандидатов всегда так, – высунувшись из кабины, сказал Крутиков. – Чуть что – сразу травить. Это чтобы не работать.

– Может, ну его? – спросил Сорокин.

– Нет. Втроем сегодня тяжело будет.

Павлов еле добежал до кустов во дворике, согнулся над ними. Неподалеку на лавочке сидели две старушки.

– Вот как теперь молодежь веселится, – сказала она, указывая клубком на Павлова. – Выпьет с утра – и сразу же худо!

– Ты глянь, как скрутило.

– Ослаб!

Павлов этого не слышал. Ему было не до старушек. Если бы над ним встала сейчас вся кафедра с руководителем темы во главе, он обратил бы на них так же мало внимания, как на стаю воробьев.

Вернулся Павлов к фургону бледный, стараясь держать на лице улыбку.

– Ну что, кандидат, – сказал Прокушев, – из-за тебя ребята полчаса потеряли… Придется отработать. Так все решили…

– На общем собрании, – подтвердил Сорокин.

– А что? Уже проголосовали? – искренне удивился Вова Круминьш.

– Тайно, – ответил бригадир.

Павлов с энтузиазмом виноватого человека согласился отработать и добавил:

– Это я понимаю. Бригадный подряд… Как у трех мушкетеров.