Перерожденный

Мы не знаем, где и когда эти твари объявятся. – Девушка буквально выплюнула последние слова. – Они каким-то образом открывают временные трещины и через них вылезают сюда. На наше счастье, через такие нестабильные разломы может пройти небольшое количество существ. Иначе они бы давно выпустили на волю самого Эреба.

Я мысленно присвистнул. Вот это да! Да с таким артефактом, разрезающим ткань реальности, можно много чего натворить. Хорошо, что разумные ограничения в нем все же присутствуют. А насчет Малума – знакомая песня.

Мы медленно пробирались по полю бойни, стараясь не измазаться по горло в крови, но в то же время пытаясь не смотреть по сторонам и даже под ноги. Я пребывал в состоянии аффекта и мало что соображал, так что лишь шел по следам Тени, сверля взглядом ее спину. Да уж, именно бойни, по-другому это трудно назвать. У выбитых ворот мы наткнулись на пост стражников. Вот у кого нервы железные. Быстро пробежав по нам глазами, они расступились, давая дорогу.

От того города, который расписывала Мемория, мало что осталось. Всюду виделись лишь дым, гарь, разрушенные дома и выжженные парки. То здесь, то там кучковались дрожащие от страха выжившие. На главной площади развернули палаточный лагерь, полевую кухню и походный госпиталь. Причем все три зоны оказались забиты под завязку. На фоне серых разрушений яркими пятнами выделялись голубые балахоны семенящих повсюду людей, помогавших несчастным.

– Это Орден Дарующих Благодать. Они всегда помогают раненым и обездоленным. – Я даже не заметил, как Мемория подошла ко мне. Ее голос был таким печальным, что в горле комок вставал. – Нам нужно ехать дальше. Здесь и без нас есть помощники.

Тень отвернулась, но по ее дрогнувшему голосу и так все было понятно. Мори не хотела уезжать, но и не хотела, чтобы я это видел. Девушка желала сделать мои воспоминания об этом мире как можно более приятными, чтобы когда я вернулся домой, то помнил о Войноре, а не забыл как страшный сон.

– Может, все-таки останемся? – аккуратно спросил я. – Лишней помощь не будет.

– Здесь вы правы, – послышался чей-то мелодичный голос.