Будущее одного убийства

Поэтому недовольных много, а согласие между ними также недостижимо, как то было и в прошлом. Sapienti sat,[2 - Sapienti sat (в переводе с латинского «умному достаточно» или «для понимающего достаточно») – это крылатое выражение, которое приписывают Титу Макцию Плавту (родился в 254 году до нашей эры, умер в 184 году до нашей эры), употребившему его впервые в пьесе «Перс». Исходно высказывание означало, что умному хватит и малого намёка, чтобы понять, что делать в сложной ситуации. Так, в пьесе Плавта раб Гета намекает Антифону, что деньги надо взять у отца.

В дальнейшем выражение стало совпадать с оценкой любой ситуации или высказывания, которую способны понять только знающие контекст возникновения самой этой оценки.] как говорится.

Таковы контуры вселенной, в которой происходят описываемые события. Но всё это лишь предыстория преступления, случившегося в Галактической Федерации на планете Хитон. Будущее этого преступления раскроется по мере развития истории, начавшейся под звуки музыки в свете стробоскопов ночного клуба в городе Норма.

Преступление в мире машин

Никто не может в точности сказать, что произошло в тот вечер. Остались только обрывочные сведения: записи дронов наблюдения и разрозненные свидетельства очевидцев. Их едва-едва хватит, чтобы погрузится в канву повествования.

Вечер стоял обычный, как множество вечеров было до и будет после описываемых событий. Впрочем, нет. Особенность была. То был вечер пятницы. Пятниц, конечно, тоже много. На некоторых планетах их пятьдесят две.

Между тем на планете Хитон пятниц насчитывали лишь пятьдесят.

Для удобства первопоселенцев неделю когда-то стали полагать семидневной, хотя цикл спутника этого мира насчитывал чуть менее семи суток. Сами сутки оказались чуть длиннее суток на Земле. Поэтому получалось приблизительное равенство недели здесь, на планете Хитон, и недели там, на далёкой прародине человечества. С тех пор всё и сохраняется.

Сегодняшняя пятница кружила голову и тянула в танец. Всем хотелось отдохнуть и повеселиться.

Причём каждый отдыхал от своего вида труда: кто-то от физического, а кто-то от интеллектуального.

Впрочем, нельзя сказать, что в этом мире натурные и машинные люди хотели отдыхать только от каких-то конкретных дел (даже если допустить, что машины точно устают, а не симулируют усталость). И те, и другие работали как мускульной силой (пусть у машин это зовётся иначе), так и силой ума. Поэтому и отдыхали все больше по древней привычке.