Покашеки

Вот и получилось, что с одной стороны – народ мельчал, а с другой – все покрывалось гигантской зеленью, которая стала постепенно накрывать городок растопыристыми листьями, и все под ними погружалось в тень.

– Вот тут я и понял, – с сожалением молвил Мела, – что мало прекратить есть эти дурные плоды! Надо срочно уходить из этих мест, а как уходить – ноги коротки! Тут и пришла мне идея – встать на ходули, на них и идти быстрее, а главное есть возможность приподняться над ботвой и хоть как-то увидеть стороны света и путь – куда идти! Одно плохо – никто из друзей и родственников не хотел последовать за мной.

Хотя и много разговоров было, и поначалу казалось, что все хотят спастись, но это все так и осталось их красивыми мечтами… А на деле они продолжали есть эту гадость – уж больно сладка была, пока в конце концов не измельчали в пыль.

Но я этого не видел, потому что был уже далеко от этого некогда счастливого места моего детства.

Так неоправданно погибшего и гениально просто уничтоженного! Лишь один человек, так же как и я, понимал всю серьезность ситуации, это тот самый Вава. Ушли с ним из города однажды ранним утром. Хотя к тому моменту трудно было уже отличить утро от ночи.

Все погрузилось в темень, и над победоносной ботвой торчал лишь маленький фрагмент флюгера городской ратуши! В этой тьме мы с ним и потерялись.

Но через некоторое время свет стал отчетливее вырисовывать давно забытый пригородный пейзаж и идти становилось легче.

Оставленное за спиной сверлило своей болью еще очень долго, как и падения с ходулей, к которым было не привыкнуть.

Однако еще в городе я сам так измельчал, что боялся стать жертвой какого-нибудь, лесного зверя или крупной хищной птицы!

Ходули придавали мне лишний метр – и это хорошо, а вот, свалившись с них, подняться можно было только при помощи веревки, заброшенной на дерево.

Что касается переломов, то их не было! К счастью, кость не была тяжелой.

А спать научился в позах разных, все зависело от местности! По инстинкту самосохранения в основном.

И в «продажных кустах», и в «плюющихся картофельных полях» лежа, и посреди «перевернутых озер» и между деревьями «блуждающих лесов» – стоя! В округе чудес хватало!

– Что гнало меня вперед? – размышлял вслух Мела.