Дети Духов. Часть 2

Особливо чёрных девок, по всей Салавии не сыскать… – похлопал по кошелю с намёком – Боярину моему очень посмотреть охота… – и шёпотом, чуть пригнувшись с лошади – Слух ходит, будто княжна она, Наследная… Так за такое известие приплатит столько, что не в жизнь более по дорогам скитаться не понадобится.

– А боярин-то твой не из золотых поясов случаем? Жадуном кличут? Знать права она – получив утвердительную ухмылку, проговорил скоморох непонятно – враги на нашу Наследную княжну действительно клюют, как рыба на червя.

Не видят только, что этот чёрный, уродливый, очень гибкий и длинный, ловко извивающейся червяк, на самом деле, насаженная на крючок пиявка – и похлопал мечом по бедру противника.

– Кто ты? – потянул тот свой длинный тесак из-за пояса, вмиг став серьёзным.

– Скоморох.

– Что-то слишком благородно для скомороха… – и изогнувшись с лошади, нанёс удар, быстро, неожиданно, да мимо. Каким-то чудом тот успел увернуться, проскользнув под головой лошади, а в следующий миг Пытун почувствовал, как клинок, поддев кольчугу, глубоко вошёл под пояс с другого бока.

И завалился, рухнув на обочину.

Прикончив соглядатая, Чароплёт оттащил тело подальше в кусты – «Похоронить бы… Да ладно, авось найдут скоро…» – тяжко вздохнул оглядев, но ничего не взял, только кошель срезал.

– Кыш! Пшла вон! – замахав руками прогнал лошадь в сторону. Затем развернулся и быстрым шагом пошёл по следам, оставленными повозками скоморохов.

– Моё поместье – отворив дверцу возка, кивнул Жадун на высокий терем, перед которым склонили головы поместные холопы и толпа деревенских.

Впереди девка с караваем, а по бокам от неё ключник и староста деревни – В Староторже тебе пока лучше не показываться, не дай злой дух прознает кто? – тихо объяснил, перед тем как вылезти с помощью услужливо подскочивших слуг – А здесь будь как дома и ни о чём не тревожься.

– Госпожа Смеяна здесь – с поклоном предупредил ключник.

– Виляй – кивнул боярин и приказал, поведя головой в сторону Мяты – устрой мою племянницу как следует, девок ей в служанки подбери, и чтоб ни в чём отказу она не знала.

И тот немедленно, со всем уважением и предупредительностью, подал руку брюхатой «сродственнице» господина, о которой прежде никогда и не слыхивал даже.

Мята и тому была рада, что хоть куда-то наконец прибыли. И так уж всю растрясло, так ещё и живот растёт, так что скоро как у самого Жадуна будет. Она устала, стала раздражительной и нервной, а на глазах то и дело появлялись слёзы.