Век испытаний

Поля же выпила эту рюмку полностью и, не успев донести пустую до стола, беззвучно расплакалась. Она плакала так, как плачут зрелые женщины, хлебнувшие беды. Прикрыв рот рукой, стесняясь своей слабости, совершенно без истерики и почти без слёз.

Лиза подошла к подруге, села напротив, взяла её за руку и ждала, пока та успокоится.

– Хорошая моя, плачь. Только не молчи, я прошу тебя.

– Лиза, я уже вся извелась. Пишу Пашке письма, пишу, всё пустое дело. Свидание не дают, что там, как там, ничего не знаю.

Что ж у меня за судьба такая, Лиза?

Елизавета Львовна прижала её к себе и стала гладить по голове, приговаривая:

– Зато живой, зато твой. Мне есть с чем сравнивать, просто поверь, всё ещё будет.

– Когда, Лиза? Я отчаялась уже. Я не пробью эту стену, даже если головой буду об неё биться. Остаётся только ждать, я готова ждать, люблю его, но сколько? Сколько же ждать? Я даже не знаю, осудили его и на сколько…

– Полечка, я так и думала, что это причина твоих терзаний, и вот какая мысль пришла мне в голову.

Давай-ка я похлопочу. Наденькин крёстный – большой человек – Авель Сафронович. Он руководил комиссией, которая расследовала аварию. Он должен знать, он может помочь, Надежде Сергеевне он не откажет.

– Что я должна сделать? – В свете пламени свечи слёзы в глазах Поли показались Лизе громадными.

– Ты ничего не можешь сделать. Давай сначала попытаемся разобраться. Потом посмотрим.

Остаток ночи они провели за душевными воспоминаниями о том, как всё было хорошо, когда их любимые мужья были рядом…

Ретроспектива

– Прахади, дарагой!

Голос с кавказским акцентом принадлежал хозяину кабинета – народному комиссару по делам национальностей товарищу И.

В. Сталину. Фёдор Сергеев приехал на Трубниковский переулок, 19, в здание Наркомнаца, после звонка своего партийного и боевого товарища:

– Есть разговор, Фёдор. Домой не приглашаю, Надежда совсем разболелась, но видеть тебя хочу обязательно.

– К девяти буду, Коба.

Иосиф имел обыкновение вести беседы с близкими товарищами в квартире и, как правило, ночью, после рабочего дня. Жил он в том же доме с женой Надеждой, а соседнюю квартиру занимала её семья, что отчасти компенсировало постоянное отсутствие мужа. В этот раз Иосиф пригласил Артёма в кабинет, значит – разговор будет исключительно деловой, хотя вся история их дружбы была основана на общности интересов, целей, взглядов и редко когда разговор заходил об ином.