Последний приказ Нестора Махно

Гришин-Алмазов к стенке собирался поставить, теперь вот вы… Я тоже за порядок. У нас тут все в равновесии – все сыты и накормлены, нам потрясений не надо.

– Хм… Ну ты и наглец…

– Та не, Никифор Александрович, я ж со всей душой. При всём уважении – ваших сколько будет? Тыщ шесть, семь?

Григорьев поморщился, впечатленный тем, как чётко Японец угадал количество личного состава находящегося в городе гарнизона. Мишка продолжил:

– Остальные по сёлам в округе. Им добраться – часа четыре на всё про всё. У меня двадцать по свистку будут в центре.

– Ты забыл про бронепоезд и танки.

– Ой, Никифор Александрович, я вас умоляю! Ну что, этот поезд приедет на Приморский бульвар? Он ездит по рельсам, так мне покойный папа рассказывал. А рельсы что, не ломаются? Или стрелки не заклинивают? Давайте не будем. Я пришел по делу, а не воздух сотрясать. С миром пришел, кстати. И в долгу не останусь.

– Ух, ты… Так это ты «уважаемые люди»? – Григорьев удивился так, будто не понимал, что без Японца тут не обошлось.

– Та я не слушаю, что там на улицах гутарят…

– И как ты видишь наш договор?

– Вот это дело… – Японец поднял руку и Йося молча принес ему новый, дымящийся кофе.

– Разграничим город, и я на своей части гарантирую покой, как в лучшей больнице. Фонтан, Слободка, Молдаванка. Вы их не трогаете. Я не лезу в ваши дела в порту. Центр сами патрулируете.

– На границах посты и паспортный режим.

– А на шо оно вам надо? – искренне удивился Миша.

– А на то! Гарантируешь, что лазутчики не зайдут? – Григорьев рявкнул это так громко, что люди в зале, представлявшие обе стороны, напряглись.

– Ну я даже не знаю… До сих пор, кто хотел от жандармов спетлять, в катакомбы нырял. В Нерубайском зашел, на Ланжероне вышел. Ну, это как пример. И паспорт с собой не таскали, вы ж понимаете… вы, Никифор Александрович, не ответили… Марафет первоклассный, не находите? У меня проверенные поставщики… Думаю, мы можем себе позволить маленькое исключение и радовать вас иногда отменным качеством.

– Ты думаешь, что за пакетик порошка решишь тут все свои вопросы? – Григорьев побагровел от злости.

– Что вы, Никифор Александрович… Я знал, куда иду. Это же штаб, а не притон… У меня есть для вас интересные бумажечки, – Японец опять поднял руку, и моментально появился Йося. На этот раз с портфелем в руке.