Галактические Иуды

Он принадлежит тебе!

– Какой кристалл? Какой кустарник?

Но невидимый обладатель грубого голоса уже отключил свой телефон.

На следующее утро я поехал в Колывань.

Когда-то, несколько лет назад я жил здесь, в собственном доме на окраине поселка – через дорогу от избы, в которой вырос Сашка Заречнев. Но мой и его жилища давно проданы, в них живут чужие люди.

Хозяйка «моего» дома раздраженно выслушала мою сбивчивую просьбу «поискать один предмет под кустами малины», после довольно продолжительного раздумья разрешающе качнула головой.

Под её неусыпным приглядом я дважды прошел вдоль густо усыпанных малиновыми плодами рядков. Ягоды были очень сочными и вкусными – несколько росточков именно этого вида кустарника я когда-то выпросил у хорошего знакомого и за три года сумел вырастить настоящую малиновую плантацию….

Наконец, в одном месте, у самого забора я заметил свежую землю – как будто кто-то копал здесь совсем недавно. Я шагнул вперед, наклонился, продрался через колючие стебли….

Между корней соседствующих кустов малины, на глубине пятнадцати-двадцати сантиметров обнаружился легкий металлический цилиндр из блестящий белого металла, вероятно – алюминия.

– Да, это – он! – бодро ответил я на вопросительный взгляд теперешней хозяйки «моего» малинового рая. Я прижал металлическую болванку к груди, торопливо зашагал к своей машине. Уже дома, в квартире я осторожно развинтил алюминиевый цилиндр.

К моему немалому разочарованию, внутри него не было никаких записей.

Я покрутил кристалл в руках, не нашел в нем ничего примечательного. Кусок – как кусок….

Пожав плечами, я вернул «подарок» в металлический «тубус», завинтил его и забросил в самый нижний ящик стола, на котором стоял компьютер. О странном подарке я вновь вспомнил только через год.

Пекинскую Олимпиаду показывали сразу по трем каналам, я неустанно «прыгал» с одного репортажа на другой, стараясь не потерять сути происходящего.

– Деда! – внук нахально загородил от меня телевизор. – А что это такое? – пятилетний сорванец держал в руках кристалл – тот самый, который я привез из Колывани год назад.