Путешествие в Ерундистику

– Это в ваших интересах, профессор, – спокойно, но с легким нажимом на слово «ваших», продолжал незнакомец в плаще. Такая манера разговора иногда действеннее крика.

– Ерунда какая-то, – профессор был озадачен. – А дело не может подождать?

– Боюсь, что нет!

– Может вызвать охрану? – шепотом предложил один из коллег профессора, который тоже привстал. Ответа не последовало.

– Я включу свет, – теперь уже звучал женский голос, и в нем так же чувствовалась твердость, которую не мог не заметить визитер.

– Я попросил бы вас не делать этого, – не меняя тональности в голосе, произнес он. – Мы теряем время! Будет лучше, если мы поговорим с профессором, а уж там будет видно, захочет ли он продолжать свои исследования.

– Даже так? Ну, хорошо! – сдался, наконец, Фадеев. – Коллеги, прошу вас…

Он развел руки в разные стороны и поднял их, показывая своим подчиненным, что им следует выйти.

– Перерыв десять минут! – добавил профессор, после чего сотрудники один за другим покинули кабинет.

– Благодарю! – коротко сказал незнакомец, когда последний выходивший закрыл за собой дверь.

– Итак, я весь внимание! – профессор все-таки решил показать, кто хозяин в кабинете и чья фамилия значится на входной двери. – У вас – десять минут!

Инквизитор подошел к столу, на котором продолжал работать проектор, и скинул с головы капюшон.

Носитель малинового плаща обладал длинным крючковатым носом, узкими глазами, которые накрывали сверху густые черные брови. Острый волевой подбородок, в дополнение к носу, чуть ли не упирался в грудь, словно длинная узкая бородка; тонкие губы растянулись в еле уловимой улыбке. Длинные черные волосы, в темноте похожие на продолжение капюшона, свисали до плеч инквизитора.

Профессор впервые видел такую, мягко говоря, нестандартную форму черепа и чуть не присел на стул от удивления.

– Профессор Фадеев! – голос незнакомца потеплел. – У меня к вам есть предложение, от которого вы вряд ли сможете отказаться.

Фадеев молча переваривал происходящее, что дало инквизитору возможность продолжать. Он сунул руку под плащ и, словно фокусник, вынул оттуда то, что окончательно лишило профессора дара речи.