Нефрит

Тот боязливо, как мне показалось, отодвинулся к самой дверце и торопливо ответил:

– Здравствуй, Николай.

В руках у него был здоровенный черный бинокль. Лишь потом я догадался, что это именно он опознал меня. Поэтому и стояли так необычно, чтобы можно было разглядеть медленно поднимавшуюся машину.

– Ты тут какими судьбами? – мрачно спросил я.

– Да я… – начал тот, но ответить не успел. Мужик, который привел меня, сел на пассажирское сиденье спереди и, обернувшись к нам, предупредил:

– Не разговаривай с ним.

Не дай бог услышу, что что-то ему рассказываешь.

Копченый мгновенно замолчал и демонстративно отвернулся к окну, словно его вдруг очень заинтересовал пейзаж за стеклом. В это время появился водитель, он уселся за руль и весело посмотрел на меня:

– Ну что, попалась птичка?

– Что там водила?

Оборвал его мужик с пустыми глазами.

– Да все нормально, – так же весело ответил тот. – Навесил ему лапши на уши, что мы друзья, специально приехали встретить друга. Поверил.

– Хорошо, – равнодушно констатировал второй и приказал: – Поехали!

– А он? – Водитель кивнул в мою сторону.

 – Вдруг задергается, может, связать?

– Не задергается.

Он поднял с колен «Макаров» и покрутил в воздухе.

– Если что, пришью сразу, и все. Ты сам слышал, нам платят и за живого, и за мертвого.

Водителя я тоже не знал. Их обоих, и водителя, и мужика с рыбьими глазами, я не то что не знал, я ни разу не встречал в поселке. Уж этого, с глазами, я бы точно запомнил. Значит, бандиты приезжие.

Час от часу не легче – откуда эти-то взялись? Он сказал, им платят за меня, получается, наняли специально? Черт с ним, что специально за мной, вторая часть фразы была гораздо важнее – что платят и за живого, и за мертвого. Так что лучше мне сидеть тихо – мне больше нравится, чтобы меня доставили к нанимателю живого.

Затренькал телефон в кармане у мужика на первом сиденье, я сразу узнал звук своей «Нокии». Мужик вытащил мобильник, глянул на экран и отключил. Разобрал и вытащил батарею, потом сунул все обратно в карман.

После этого взялся за мой рюкзак, расстегнул молнию и раскрыл его.

– На дорогу смотри. И под гору сильно не гони, здесь дороги не городские. А то знаю я тебя, гонщика.

Предупредил он водителя, пытавшегося заглянуть в рюкзак, и вытащил оттуда ножны с моим ножом. И нож, и ножны были у меня уже очень давно, на четырнадцать лет мне подарил их дядя Афанасий. Мать долго причитала, что ножи не подарок, но я тогда здорово обрадовался.