Второгодник

Вначале животные умело разделили людей, а затем, быстро перестроившись, практически мгновенно напали на более сильное «звено» – парня, справедливо полагая, что если им удастся свалить «самца», то уж самкой-то они затем справятся без особых проблем.

К большому сожалению звездных рекрутов, все произошли именно так, как «спланировали» саблезубые.

Скрыкхи синхронно атаковали «убитого» горем новобранца, быстро свалили его на опилочно-песчанную смесь, и пока один из саблезубых неспешно и с видимым удовольствием рвал горло молодому землянину, второй успел разделаться с девушкой.

«Сколько же ребят-то осталось»? – с тревогой думал Александр, пытаясь вспомнить, сколько уже новобранцев прошло через смертельный восьмиугольник Звездной Академии.

– Трое! Осталось трое! – словно отвечая на его невысказанный вопрос, прошептал кто-то рядом. – Вон та пара и эта, как её…. Злата! У Заречнева похолодело сердце.

Последней, причем – в одиночку должна была сражаться та самая девушка, которая «помогла» ему справится со смертельным кроссом.

Сашка тяжело вздохнул, зачем-то посмотрел на свои руки, тихонько двинулся по периметру октагона – к низкой и широкой лестнице, предваряющей «двери», туго затянутые прочной сетью. Предпоследняя пара землян сопротивлялась долго.

Девчонки громко визжали при каждом удачном и неудачном действии новобранцев; парни тихо матерились. Удача в смертельной схватке попеременно переходила то в руки людей, то в лапы скрыкхов….

К большому сожалению всех звездных рекрутов их товарищи все же погибли – подуставший парень «проморгал» молниеносную атаку одного из саблезубых, прорвавшихся к нему в ноги.

Вновь зажужжала тележка, появляясь из темноты низкого портала, вновь громко заревели девчонки. Рядом с ними не смогли сдержать слезы и некоторые из парней….

Спокойными – внешне, во всяком случае, оставались только Дита и Николай Платонович.

Сашка практически незамеченным дошел, наконец, до лестницы, спокойно встал за спиной девушки. Злата даже не обернулась, чтобы узнать, кто именно стоит за её спиной.

Мыслями она была уже там – в октагоне, и, похоже, даже успела распрощаться с жизнью – у неё склонилась голова, сгорбилась спина, сильно дрожали руки и ноги.

– Ты – последняя! – сказал седой, подавая нож Злате. – Не дрейфь! Чему быть, тому не миновать!

– Я – с ней! – просипел из-за её спины Заречнев. Седой остро глянул на «непутевого», переглянулся в Дитой. На лице бессмертной не дрогнул ни один мускул.