Звездные рекруты

Александр на плохо сгибающихся ногах дошел до двухместного ИПЛ-4, встретился взглядом с инструкторшей, с любопытством взиравшей на него своего со второго «этажа» истребителя, доложил о том, что рекрут Заречнев для выполнения своего первого полёта готов.

– Готов? Ты уверен? – насмешливо поинтересовалась Дита. – Ладно, сейчас посмотрим. Залазь! – совсем уж не по-уставному добавила она, кивая головой в сторону нижней кабины.

Сашка не стал ждать повторного приглашения, проворно забрался в кабину, напялил на голову шлем, подключил его к внутренней связи.

Инопланетный истребитель внутри сильно отличался от своего симулятора. Во-первых, он был чуть теснее, чем его «виртуальный» собрат. Органы управления располагались точно так же, как и «имитации», зато на панели приборов прибавилось сразу несколько новых датчиков и шкал. На самым главным отличием был… запах. В кабине курсанта крепко пахло подгоревшим маслом, потом, мочой и даже… калом.

«Не иначе кто-то со страху в штаны наложил»? – мысленно попробовал себя приободрить бывший гладиатор.

Но получилось это плохо. «Ты смотри, сам в штаны не наделай!» – съехидничал его внутренний голос. – «Или забыл, как сам обосрался, когда тебе один большой «товарищ» на пузо наступил»?

«Крыть» Сашке было нечем, и он пристыженно занялся подгонкой сиденья под свои габариты.

– Ну, что, готов? – раздался в наушниках голос Диты. Александр ответил утвердительно. – Тогда взлетай. Только осторожно, без лихости. А я тебя подстрахую.

Да, и не забудь как следует пристегнуться.

Заречнев сделал все, как на тренажере – медленно, но правильно. После взлета Сашка перевел истребитель в горизонтальный полет, глянул на компас, направил ИПЛ-4 в сторону моря – туда, где находилась «зона» разворота.

Александр слегка расслабился, покрутил головой, рассматривая водную гладь по обе стороны от траектории полета самолета.

Море было совершенно пустынно, только далеко-далеко у самой линии горизонта пара альбатросов кружила над водой, выискивая что-то на поверхности.

Бывший гладиатор хотел было рассказать о них Дите, но почему-то постеснялся. Возможно – упрека в излишнем романтизме, неуместного при таком серьезном деле, как первый полет на самолете, да еще с инструктором.

Разворот над морем прошел штатно. Инструкторша даже разрешила Сашке сделать несколько фигур высшего пилотажа – мертвую петлю, петлю Нестерова, иммельман…. Потом отдала команду на возвращение.