Симбиот

 – Говори, откуда знаешь, что наш Правитель сейчас находится в соседней долине?

– Я… Не знаю… – страх сковал тело Ведуньи. Ташша знала – её могут убить только за то, что она попыталась пересечь границу холода и тепла.

– Медальон! Покажи ему медальон! – подсказал Ташше симбиот. – Да побыстрее! А то он даст нам по шее своим мечом!

Ташшу неприятно кольнуло слово "нам", но она воздержалась от ответной реплики, закинула руки за шею, вытянула вверх значок, подаренный ей Гвардейцем.

– Вот! – сказала она, протягивая предмет ратнику.

К первому воину подошел еще один Гвардеец, они повертели в руках медальон, переглянулись, вернули женщине-змее значок, подаренный её ратником.

– Что же ты сразу не сказала? – упрекнул её воин. – Еще немного, и я отрубил бы тебе голову! В следующий раз сначала показывай значок, а уж потом говори что-то! А то....

– А то, – подхватил его речь второй Гвардеец, – можешь не успеть сказать что-либо вообще! – солдаты сдержанно поухмылялись, направились обратно к своей хижине.

– Постой! – догнал Ведунью голос одного из ратников. – До следующего поста тебя проводит один из моих Гвардейцев! Он передаст тебя моим командирам, и они уже решат, что с тобой делать дальше! Ступай! – добавил он, заметив, что Ташша остановилась. – Тебя скоро догонят!

Гвардеец настиг женщину-змею минут через тридцать. Он долго шел сзади, шагах в пяти, высматривая что-то на спине Ташша, потом быстро настиг её, опередил, заслонил путь, широко расставив руки в стороны.

– Постой! – сказал он, возбужденными глазами рассматривая женщину-змею. – Постой! Давай сделаем привал, поговорим!

– Привал, так – привал! – согласилась Ташша, сходя с тропы на светло-серую траву придорожья. – Я давно уже хотела перекусить!

Она присела на траву, потянулась к мешку, сползшему с её плеча.

Её опередил ратник.

– Давай я! – потянул он мешок к себе.

– Гляди-ка! Копченое мясо! – сказал он, проникая в мешок рукой. – А еще говорят, что знахари и ведуньи плохо живут! Говори, где украла! – он довольно засмеялся, вынул мясо, впился в него зубами.

– Дня три не ел! – пояснил он Ташше, внимающей всему происходящему с весьма удивленным видом.