Симбиот: Мерцающая планета

Но самое неприятное заключалось в том, что разведчику никак не удавалось нащупать хотя бы "хвостик"; отголосок разума того существа, тело которого он занял самым бессовестным образом: коммуникация с разумом аборигена значительно ускорили бы адаптацию к природе и обществу мерцающего мира.

Часы шли за часами, но мышцы шеи – или что там имелось у существа с острыми ногтями – никак не хотели отвечать на импульсы из разума человека. Утомившись и поняв, что на сегодня, очевидно, больше продвинуться в освоении нового тела не удастся, Сашка тяжело вздохнул, ненадолго глянул в низкое небо, напрочь лишенное звезд и довольно скоро погрузился в глубокий сон.

Разбудило его тихое похрустывание влажных веточек под чьими-то тяжелыми, но осторожными ногами.... Мимо землянина неясной тенью проскользнул чей-то силуэт, едва заметный на тёмно-коричневом фоне не очень далёких деревьев, следом – ещё один.... И потом – ещё.... Раздался звук тяжелых ударов во что-то мягкое, женский вскрик; всё стихло; но – ненадолго.

– Ну, хватит! Хватит! – Раздался приглушенный мужской голос. – Попользовался, и – хватит! Теперь наша очередь! Хочешь ещё раз – занимай за Ноколосом! Он – за мной! А я потом – опять за тобой.....

Трое мужчин, сменяя друг друга, насиловали женщину до рассвета. Дана поначалу плакала и всхлипывала, но потом, очевидно, смирившись со своей участью, молчала, лишь изредка вскрикивая от боли, когда очередной "ухажер" проникал в неё особенно сильно и глубоко.

Как известно, нет худа без добра. Добро лично для Сашки от ночного нападения неизвестных на крохотный лагерь из трёх человек и одного существа неизвестного вида заключался в том, что сильнейшие эмоции, посетившие разум человека, так растормошили его новое тело, что он уже к утру начал ощущать мышцы шеи и туловища, причем – настолько результативно, что он смог повернуть голову в сторону, откуда шли так неприятно поразившие его звуки ночного насилия.

А ещё – землянин смог увидеть, что его руки, ноги и туловище крепко привязаны к небольшой деревянной платформе, из-под которой торчит деревянное же колесо, не имеющего ничего, похожего на металлический обод – непременный атрибут всех телег, которые ем доводилось когда-либо видеть дома, на Земле....