Храмы Богов

В ситуации, когда на кону стояла – не меньше, не больше – жизнь единственной дочери, любые капризы являлись роскошью непозволительной.

Работорговец вежливо попрощался с радушными хозяевами. Всю поклажу он уложил на одного из двух купленных в племени Б’ка. На другого купленного вьючного животного посадил новообретенную помощницу (он даже имени её не успел спросить), на третьего сел сам. Старый Б’ка хорошо знал норов своего хозяина. Повинуясь едва заметным движениям коленей, он двинулся вперед, чтобы занять место впереди крохотного каравана.

Ответа на этот вопрос пока не знал и сам К’нарр.

…Наутро Верховный Жрец вызвал к себе Ат’талла. Юный Стражник до этого момента видел Понтифика всего несколько раз и только с расстояния в несколько десятков шагов. Не зная еще, чем он мог успеть прогневать Первосвященника (иного объяснения он найти не смог) Ат’талл мысленно приготовился к самому худшему.

Перед входом в малый зал для аудиенций он тщательно поправил амуницию, затолкал под панцирь случайно выбившийся из-под него сыромятный ремешок. Через порог он шагнул, как на эшафот.

Но все оказалось не так, как предполагал молодой стражник. Верховный Жрец ласково улыбнулся Ат’таллу, живо поинтересовался, как он осваивается на новом месте.

Сдержанно похвалил его навыки, поинтересовавшись, где это он так ловко для его возраста научился действовать мечом и копьем. Стражник сдержанно ответил.... Понтифик похвалил его, назвал по имени, но сказал, что молодой воин – только в самом начале своего служения Богам, и ему нужно непрерывно совершенствовать свое владение мечом, копьем, тетивником и другими видами оружия. Сообщество Жрецов скоро ждут большие перемены и Храму понадобятся умелые, храбрые воины… Самые лучшие из которых вполне могут сделать успешную карьеру… Достаточно только старания и послушания.

Пораженный Ат’талл только молча кивнул, сглотнув слюну, выдававшую его сильное волнение.

В конце аудиенции Верховный Жрец высказал то, ради чего, собственно он и пригласил молодого Стражника – свою небольшую просьбу. Просьба заключалась в том, чтобы сопроводить на рынок молодую девушку, которая находится в Храме под охраной.