Повелитель жизни. Наследие Норнов

Через пару минут после того, как моя профессиональная разведчица вернулась и пересказала увиденное, нас пустили в город. Мне пришлось надеть какие-то оковы, исписанные рунами, блокирующие выход энергии. Себя я лечить могу, а вот помочь или навредить кому-то другому – нет. Ладно, разберёмся.

Меня передали страже и отвели в комнатку, которая находилась здесь же, на Стене. Внутри лишь стол, высеченный из камня и лежанка, покрытая толстым слоем мха. Видимо, пока боялись пускать в сам город, и ждали приказа.

Время тянулось невыносимо долго. Мне совершенно нечем было себя занять, а в темнице рассматривать было нечего, поэтому я подобрался к узкому окошку и рассматривал Нижний город, который начинался за стеной. Это было место, где располагались кузницы и жили самые бедные гномы. Почти весь город был затянут дымкой, потому рассмотреть его как следует не представлялось возможным, но я точно понимал, что живущие здесь гномы откровенно бедствуют.

От нечего делать следил за тем, как гномы снуют туда-сюда и слушал мерный стук молотов о наковальни. И всё-таки, в жизни Нижнего города чувствовалась тревога. В сторону Стены тащили чаны с какой-то парующей жидкостью, несли метательные копья и топоры, а спустя несколько минут туда направился отряд из двух десятков гномов.

Прошло ещё несколько томительных часов ожидания, когда я услышал звук горна. Другой такой же звук отозвался с другой стороны стены и пронёсся по всему подземелью. Тревога! Значит, дивны всё-таки пришли.

Стихли молоты в кузницах, исчезли снующие туда-сюда гномы с улиц, а в сторону Стены потянулись небольшие отряды гномьего ополчения. Именно этим ребятам предстоит встать на пути великанов, если стражи не справятся, и пропустят врагов в Нижний город.

Казалось, обо мне совершенно позабыли, потому как за несколько часов, которые я провёл здесь, ко мне никто так и не заглянул.

– Ну? Ты так и собираешься сидеть тут?

Шпора появилась из невидимости, и устроилась в оконном проёме.

– У тебя есть предложения? Как видишь, на мне кандалы, словно на каком-то преступнике. Даже если я захочу, ничем не смогу помочь гномам.