Михаил Гущин. Предотвратить смуту

К сожалению надсмотрщиков нам не удалось здесь найти ничего полезного кроме тонкого пласта угля, поэтому с большой вероятностью скоро нас перебросят на другой участок – гораздо глубже.

Теперь, когда оковы не мешали мне использовать дар, я пользовался им в полную силу – с помощью атрибута силача делал каждый свой удар мощнее, а за счет чародейства нащупывал уязвимые места в камне и делал его более хрупким там, куда наносил удар киркой. Любопытное применение владения стихиями. Раньше я занимался только тем, что всячески укреплял каменный доспех, теперь же приходилось работать наоборот – не призывать камень самому, а разрушать тот, что уже существует.

С помощью третьей ступени дара мне хватало сил делать работу за двоих еще и накачивать Архипа силой. Он пытался сопротивляться, но я хотел быть уверенным, что после моего побега бедняга хоть немного продержится.

Единственной серьезной проблемой были блокираторы. Охранники постоянно бросали на них взволнованные взгляды, словно желая убедиться, что они на месте.

После недолгих манипуляций Архип помог примостить их обратно. Силу они уже не блокировали, а лишь безвольно висели на кистях, добавляя лишнего веса. С одной стороны я прижал их к кандалам краем рукава, но они в любой момент могли отвалиться и выдать меня. После ужина спрятал немного хлебного мякиша, раскатал его до состояния клейстера и прилепил остатки блокиратора к кандалам.

– Держи! – я протянул Архипу свою порцию каши, и тот жадно набросился на нее, поглощая с бешеной скоростью.

– Миш, ты это, масла хоть покушай, – мужчина протянул мне кусок хлеба с маслом, но я лишь отмахнулся.

За полторы недели я потерял килограмм шесть веса, и если так пойдет и дальше, то у меня появятся серьезные проблемы с физическими возможностями. С одной стороны, слабый пленник не сбежит, но и работать не сможет.

В свободное время я уже думал о месте, в котором оказался. Сердюк говорил, что это копи Родионовых. Интересно, кто это такие? В Ростовском княжестве таких точно не было. Судя по климату, мы севернее. Знать бы кому обязан таким гостеприимством. Я заочно записал Родионовых в число своих врагов. Когда выберусь и разберусь с Игнатьевыми, непременно займусь ими.