Талисман войны

У тебя есть ярко-красное обтягивающее платье?

– Как-то обхожусь.

– А зря. На него мужики просто кидаются. Попробуй.

– На старости лет обязательно воспользуюсь твоим советом. Но ведь на красное так бурно реагирует только мужской организм. Сразу вспоминаются быки на корриде.

– Ошибаешься! Физиологические реакции не зависят от пола. Это на уровне подсознания.

– Теперь я поняла, почему «красные» победили «белых» в Гражданскую войну. За них были женщины, а это основа любой страны. Ты, наверное, встречаешь девушек в алом халате?

– Зачем так пошло! Все проще и естественней.

Я сначала фотографирую девушку, а потом сразу иду вместе с ней печатать снимок. Медленно проступающий на бумаге силуэт в тесной жаркой комнате при красном освещении действует неотразимо. Красный свет обволакивает, он везде, девушка купается в нем и сама тянет меня в постель, – гордо заявил Роман. – Так что, будем фотографироваться?

– В другой раз, Ромик.

– Красота – сиюминутное явление, и художник призван зафиксировать ее для вечности.

– Рома – Рафаэль! Или тебе по душе Тициан? Хотя он отдавал предпочтение более пышным формам.

– Каждое время имеет свой эталон женской красоты.

– Это противоречит вашему предыдущему заявлению о вечности, – вмешался в словесную дуэль Заколов. – Зачем фиксировать красоту, которая спустя полвека будет выглядеть неприглядно?

– Тихон – яркий представитель новой формации: логикус сапиенс, – пояснила Тамара.

Но ее слова еще больше озадачили фотографа. Он небрежно отмахнулся:

– Я в насекомых не разбираюсь.

Кушнир прыснула. Заколов извлек фотографию Касымова и твердо перевел разговор в нужное русло:

– Роман, нам нужно увеличить вот этот снимок. Негатив хранится у вас.

Рома повертел протянутую фотографию и обратился к девушке:

– Опять, Томка, в гиблое дело ввязываешься. Мало тебе досталось? Нет, чтобы про хлопкоробов писать или «Малую землю» с «Целиной» восхвалять. Все какой-то хлеб бедному художнику.

– За этим хлебом – большая очередь. А я не люблю в очередях стоять.

– Стоять – ерунда. Важно в заветную очередь попасть.

– Там локтями пихаются.

– Какая недотрога!

– Где негатив? – Тихон назойливо влез между девушкой и фотографом.

Роман безнадежно махнул рукой и кивнул:

– Знал, что не уговорю. Пойдем в лабораторию. Все уже готово.

Под громким названием «фотолаборатория» скрывался переоборудованный совмещенный санузел. Три человека с трудом втиснулись в темную комнатушку, напичканную фотоприборами.