Неуловимые тени

Он полночи допрашивал Груздева, собрал о нем сведения, начиная с рождения, подколол штрафы за неправильную парковку, составил протокол, в общем, трудился как никогда, поэтому проводил московскую гостью осуждающим взглядом: приехала на готовенькое, без тебя бы справились.

Пока Груздев пил чай, Петелина пролистала показания полицейских, прибывших к лимузину первыми, и протокол допроса свидетеля.

Груздев заметил собственную подпись и подтвердил:

– Я уже все рассказал, честно. Я простой водитель, а мне задают такие вопросы, будто я замешан в этом кошмаре.

– Я вам верю, Иван Ильич.

– Отпустите. Не спал, давление подскочило.

– Вы хотите домой, а мы должны найти убийцу. Это и в ваших интересах. Поймите, здесь вы в безопасности, а дома я это не гарантирую.

Петелина убедительно посмотрела на Груздева. Тот нахмурил лоб, но бессонная ночь не позволяла ему соображать быстро.

Следователю пришлось сказать прямо:

– Вчера вы столкнулись с жестоким убийцей.

– Избавиться? – пролепетал Груздев. Такая мысль его посетила впервые.

– Так бывает. И, к сожалению, не редко, – усилила давление Петелина и тут же бросила «спасательный круг»: – Напрягите память и припомните, как он выглядел? Если мы поймаем убийцу, вам не о чем будет беспокоиться.

– Поймаете?

– С вашей помощью, конечно. Первые дни у вашего дома будут дежурить патрульные.

Груздев тяжело вздохнул. Говорил он медленно:

– Мы остановились у ресторана «Гончаров», что в торговых рядах. Ресторан обеспечивает наших клиентов стандартным набором: алкоголь, фрукты, канапе, тарталетки. Был дождь, я не выходил, официант – не клиент, зачем ему помогать.

– Вы утверждаете, что к машине подошел официант? – уточнила Петелина.

– Я видел в боковое зеркало фигуру под большим черным зонтом.

– В чем он был одет? Куртку и брюки вы должны были разглядеть.

Груздев потер лоб, силясь вспомнить, но в конце концов помотал головой:

– Нет. Я посмотрел в зеркало, когда уже открылась дверца. Она широкая, человек стоял за ней, а сверху зонт.

– Что было дальше?

– Зонт исчез, дверца захлопнулась, и я поехал.