Контуженый

– Приехал мужик и доходчиво растолковал нам зекам, что в жизни каждый имеет право на второй шанс, но его надо заслужить. Заслужить с оружием в бою на Донбассе.

– Лысый и энергичный мужчина? – уточняю я. – Сам глава ЧВК к вам пожаловал.

– Сразу видно, серьезный начальник, – подтверждает Григ.

– Он попусту трепаться не будет.

– А то! Рубил правду-матку, что нас ждет на войне. Ему нужны только штурмовики, самые смелые и борзые, такие и выживают. Рассказал и про смерть. Но это не смерть в пьяной драке.

– И как, ты медаль заслужил?

– То сейчас я с медалью, а тогда решать надо было здесь и сейчас. Согласен – с тобой беседуют. Подходишь – назад хода нет. Обратку не включишь, в колонию не вернешься, – рассказывает Григ.

Я знаю, как «вагнеровцы» поступают с дезертирами, и молчу. А Григ и сейчас сам себе удивляется:

– Я семь лет на зоне отсидел, до воли пять месяцев, а я подписался на шесть.

Тут уж и я удивляюсь:

– Почему?

Он сводит брови и гнет шею:

– Я такое накуролесил… Это мой шанс вернуться домой человеком.

Я понимаю его и киваю:

– Хочется жить по-людски.

– И мое погоняло оказалось в тему. Я Григорий, короче, Григ! Назвал себя на беседе, мне улыбаются – наш! Григ почти Вагнер, тоже композитор. Был ЗК, стал боец ЧВК!

Григ воевал в штурмовом отряде бывших заключенных. Из них получаются выносливые, крепкие, неприхотливые и дисциплинированные бойцы. Их посылают в самое пекло, где выживают самые дерзкие и отчаянные.

– Куда я с такой рожей, только врагов пугать.

У Грига обожженная щека и шрамом исковеркана губа еще от бандитской жизни. Если первый раз увидишь – кровь стынет в жилах. Григ об этом знает и посмеивается, отчего становится еще страшнее.

– Мы же за огневым валом идем. Такая тактика. Прижимаемся вплотную к разрыву снарядов и, пока враг не очухался, заскакиваем в траншеи.

Наша батарея тоже двигала огневой вал перед штурмовиками Вепря. Ювелирная артиллеристская работа: один миномет работает дымовыми минами, чтобы наших не было видно, а другой осколочно-фугасными подавляет врага. Это я помню. Еще бы вспомнить, как я выжил, а остальные погибли.

Через несколько дней после операции меня выписывают. Получаю медицинские документы.