Диджей

Глава 8

Анна Самородова подошла к отделению милиции и остановилась в нерешительности. Получив повестку, девушка мучилась в сомнениях.

А вдруг это путь в один конец? Ее отпечатки остались на проводе, которым задушена Софья Легкова. Такой улики будет достаточно, ее арестуют и посадят за убийство. Не лучше ли сбежать из Москвы и затеряться на просторах Кубани?

Но что это будет за жизнь? Нет прежней Ани Самородовой. Она теперь диджей Нота, которую обожают поклонники. Ее выступлений ждут, ей подражают, ее новое имя выкрикивают в угаре танцев.

С тем же учащенным ритмом колотилось ее сердце, когда девушка переступила порог отделения милиции.

Нужный кабинет Нота нашла по слуху: Денис Ракитин разговаривал по телефону.

– Подозреваемая Самородова явилась, – доложил оперативник в трубку со сдержанным удивлением.

Он встал, обошел гостью, словно выискивая подвох, и спросил:

– А что такая бледная?

– Работаю по ночам.

– Самородова, если мучит совесть, лучше признаться, – по-свойски предложил старший лейтенант.

– Живу в столице без регистрации, – покаялась девушка.

Ракитин шутку не оценил.

– Ну что ж, приступим к дактилоскопированию.

Милиционер подошел к процессу обстоятельно. Действовал неспешно и важно. Достал материалы, раскатал валиком черную краску на стекле, положил на край стола дактилоскопическую карту с пустыми квадратами для каждого пальца.

– Подозреваемая, объясняю процедуру.

– Я думала, я свидетель, – расстроилась Нота.

Ракитин не отвлекался:

– Вытяни правую руку, прокатай большой палец в краске слева направо, а теперь так.

Он сжал большой палец девушки тремя своими, прижал левой стороной в пустом квадрате и провернул. На листке остался широкий отпечаток с капиллярными узорами.

– Следующий.

Оперативник прокатывал палец за пальцем и убеждал обескураженную Ноту:

– Ты пойми, Самородова, чистосердечное признание облегчает участь. Ты еще молодая, первый раз оступилась, судья учтет раскаяние.

– Какое раскаяние?

– В неосторожном убийстве. Расплачешься на суде, тебя пожалеют. А будешь упираться, впаяют по максимуму.

– Какой суд? Я не убивала.

– Ты не хотела убивать, – охотно согласился Ракитин. – Просто решила наказать соперницу.

– Софья мне не соперница.

Голос милиционера стал жестче:

– Тогда объясни, что ты делала ночью около дома диджея Ринга, когда он развлекался с девицей?

– Ждала, когда метро откроют.

– Допустим.