Чужими руками

Соперники семенили по обеим сторонам от красавицы, не смея ее коснуться. Ланская свернула в родной двор. Она специально назначила встречу в районе, где прошли их школьные годы. Пройдя на заснеженную детскую площадку, Алена воткнула белую розу в сугроб и села на старые качели. Щукин встал напротив, Рыков рядом, вцепившись в дужку качелей.

– Меня подло обманул нехороший человек, – произнесла Ланская первую фразу за вечер.

– Кто? Только покажи, – сжал кулаки Рыков.

– Что значит «обманул»? – уточнил более спокойный Щукин.

– Обольстил, поигрался и предал, – горечь в голосе, несомненно, удалась.

– Обольстил? – выдохнул общую боль Щукин.

Оба знали, что у Алены есть другие мужчины, но она никогда вот так прямо не говорила о них.

– И ты называешь его нехорошим. Кто этот гад? Я его покалечу!

– Гоша Чантурия, режиссер. Пообещал главную роль в фильме, сказал, если я буду стараться… В постели с ним… И обманул. – Алена хлюпнула носом и зарыдала, закрыв лицо руками.

Рука Рыкова дрогнула, железные качели сдвинулись, издав ноющий писк.

– Вы отомстите за меня?

– Я изобью его, сломаю нос и ребра. Как скажешь, так и покалечу, – запальчиво поклялся Рыков.

Алена выразила недовольство:

– Нет, мы не школьники. Синяки заживут, кости срастутся. Наказать надо по-другому.

– Он унизил тебя, мы должны унизить его, – предположил Щукин.

– Мне сейчас плохо, ему должно стать еще хуже. Я знаю, как это сделать.

Верные поклонники во все глаза смотрели на девушку, ожидая продолжения. Она показала фотографии в телефоне.

– Чантурия-младший из семьи прославленного режиссера. А это его мать, актриса Валентина Морозова.

– Фотки старые, – недоумевал Рыков.

– Смотри на ее украшения. Здесь и здесь. – Ланская укрупняла фрагменты кадров. – Вот еще. Кулоны, серьги, кольца – это настоящие бриллианты и изумруды. Драгоценности хранятся в их квартире, в сейфе с кодовым замком.

Алена умолкла, давая возможность друзьям самим закончить ее мысль. Первым догадался Щукин:

– Ты предлагаешь…

– Забрать их, – озвучила нейтральный термин Алена и с надрывом в голосе произнесла: – Наказать подлеца за то, как он поступил со мной. Его родители будут в ярости, а я получу компенсацию за унижение.

Девушка уткнула голову в плечо, изображая душевную скорбь.