Тринадцать

Мы только успели отскочить – вон видите, что с машиной стало?..

– Вижу.

К месту происшествия подошел еще один милиционер – местный участковый, на которого при жизни уповала погибшая. Это был тридцатипятилетний, подтянутый и вроде вполне добродушный парень. Во всяком случае, проблем с ним ни у кого из местных жителей пока не возникало.

Он подошел к очевидцам, со всеми обменялся рукопожатиями. Было видно, что он расстроен. Парень снял фуражку, вытер вспотевший лоб.

– Господи, что вы тут опять натворили?

Дядя Петя вместо ответа указал рукой на капот машины.

– Сам не видишь, Ген? – добавил Владимир Петрович.

– Черт бы вас побрал, – беззлобно сказал тот. – Вечно что-то происходит. Мне тут у вас дежурить, как в солдатской казарме, чтобы друг друга не поубивали в одну прекрасную ночь?

– Может быть, имеет смысл, – сказал дядя Петя.

– Ага! – возмутился Геннадий. – Вот щас несколько кварталов брошу и займусь только вами! Жене с дочерью скажу, чтобы считала меня коммунистом.

– У тебя на несколько кварталов только один такой дом, – спокойно продолжил дядя Петя. – Уникальный, можно сказать. С этим ты не будешь спорить.

Геннадий не ответил. Он снова нацепил фуражку на макушку (она была ему мала), задрал голову, посмотрел наверх.

– Сынуля был дома? – спросил он после недол–гого молчания.

– Не появлялся. Кажись, нету его, иначе давно бы здесь нарисовался.

– Звонили?

– Звони сам. Здесь желающих нет.

– Найдем.

Гена подошел к остальным наблюдателям. Владимир Петрович, Саша, Ваня и Семенов стояли у ворот гаража, в гробовом молчании допивая коньяк. Хуже всех выглядел бизнесмен: он, пожалуй, готов был смириться с тем, что его машина пострадала в результате «наступления обстоятельств непреодолимой силы», но он и представить себе не мог, что на капот любимой тачки рухнет чье-то тело. Теперь эта картина будет преследовать его бессонными ночами.

– Ваша «тойота»? – обратился к нему участковый.

Семенов лишь молча кивнул.

– Сожалею. Но советую утешиться: этой женщине повезло гораздо меньше.

– Да мне пох… – буркнул «потерпевший». – Не могла на пару метров левее или правее?..

Гена посмотрел на него грустно и даже немного брезгливо.

– Не напивайтесь пока. Вы все свидетели.

– Я еще не начинал.

– И не начинайте.

Он обернулся к дяде Пете, который уже закончил давать показания.