Живодерня

После посещения столовой мир стал выглядеть более привлекательным, и Илья, вновь зайдя в тот же скверик, посидел еще минут пятнадцать, потом пошел к Струганому.

Возле входной двери на пустом ящике сидела кособокая старуха с палкой от швабры в руке, как постовой, она тупо смотрела на Илью одним глазом, кажется не узнавая.

– Куда? – спросила одноглазая постовая старуха.

– К Струганому. Я недавно заходил, он мне велел через час прийти.

– Не ходи туда, – сказала она бесстрастно.

– У меня к нему дело, бабуля.

– Не ходи, – повторила она, подтвердив предположение Ильи. Скорее всего, она не слышала его объяснений.

Он подумал, что с глухой нечего разговаривать, и прошел в раскрытую дверь.

На стук никто не ответил. Илья вошел в комнату. Инвалид лежал на прежнем месте. Изо рта у него что-то торчало, как большая сигара. Илью снова одурманил резкий тошнотворный запах, даже немного защипало глаза.

– Ну как, вы документы приготовили? – спросил Илья, подходя. – Уже час…

Илья остановился в двух шагах от кровати. Не веря, не понимая еще, что произошло.

Струганый лежал на засаленном матрасе, раскинув изуродованные конечности, неподвижно глядя в потолок. Изо рта сквозь выбитые зубы торчал металлический штырь. Пройдя через глотку с огромной силой, штырь пригвоздил голову Струганого к койке. Глаза его, в страшной муке выпученные, казалось, готовы были выпрыгнуть из орбит.

– Убили, – раздалось за его спиной.

Илья вздрогнул, резко обернулся. Сзади стояла старуха и смотрела на него свободным от бельма глазом.

У Ильи ослабли ноги, мелко задрожали колени. Его замутило, он сел на табуретку и потер лицо ладонью.

– Как же… Ведь он обещал документы какие-то дать… – бормотал Илья, не сознавая своих слов.

– Помоги, – перебила старуха.-Помоги железяку вытащить.

Илья поднял глаза. Сухие старушечьи руки старались вытянуть штырь, пригвоздивший Струганого к кровати, но сил ей не хватало.

– Помоги, говорю.

Илья встал, ему было омерзительно, хотелось уйти, но он, бессознательно повинуясь приказу старухи, подошел, взялся обеими руками за штырь и, не глядя на убитого, изо всей силы дернул вверх. Ничего не получилось.