Рублевка

Стуком такая фигня называется, – ухмыльнулся Бамбуло. – Рисковый я мужик, Корнилов. Вот и прилипло.

– А профессию, как я понял, уже в Метро приобрел?

– Ага. Учителей много хороших встретить довелось. Ну и пошло-поехало. Засосало.

– Ладно, Стук, – Корнилов достал из-за пазухи карту. – Смотри. Думай. Решай.

Степан развернул карту. Долго смотрел на нее, шевелил губами и чесал затылок.

– Жуковка. Выходит и там люди живут.

– Живут. И неплохо. Даже торгуют с Метро. Как думаешь, сможем добраться?

– Это уж, как карта ляжет, – Стук в свою очередь сунул руку за пазуху, достал засаленную колоду игральных карт.

 – По крайней мере, я обузой для тебя не буду. Не смотри, что пока однорукий.

Он положил колоду на пол и ловко развернул ее в извилистую ленту. Еще одно почти незаметное движение и карты легли рубашкой вниз. Затем Стук вернул колоду в исходное состояние и наобум выбрал четыре карты. Все они оказались тузами. Наблюдая за каталой, Корнилов восхищенно покачивал головой.

Настоящий фокусник. Если он также ловко будет управляться с пистолетом, то на самом деле обузой в пути не станет.

– Не пойму, Стук. Как тебя проиграть-то угораздило?

– На всякого мудреца довольно простоты, – вздохнул шулер и карты со звуком «фр-р-р» собрались в колоду. – Не видел ты, Юрец, настоящих фокусников. Вот, к примеру, я одного каталу недавно встречал. Крабом звали. Этот парень в большой переплет попал. Люди говаривали, что Краба птеродактиль унес.

Только чудом не сожрал. Неизвестно как добрался Краб до Метро с парализованными ногами. Так он с картами такое выделывал! Даром, что калека и мозги набекрень. С закрытыми глазами этот Краб любого обыгрывал. Карточный бог.

– Ясно, бывает. Ну, а что с Жуковкой решил?

– А че решать? Иду. На людей посмотрю, себя покажу. Потопаем в твою Жуковку. Авось там и приживемся.

Стук подложил под голову свернутый в рулон брезент, растянулся на полу, зевнул.

– Давай, Юрец, покемарим часок-другой… А-а-а.

Перед дорожкой.

Через пару минут Степан захрапел. Корнилов взглянул на него с завистью. У самого сна не было ни в одном глазу. Глядя на затухающие угли костра он размышлял о предстоящем путешествии. В том, что оно будет трудным сомнений не оставалось. Рассказа Стука о гибели отряда Стрелков, который толком-то не успел удалиться от Метро, было вполне достаточно для того, чтобы засомневаться в собственных силах.