Сыновья Черной Земли

Легкий челнок, что болтался сзади на привязи, подтащили к кораблю. Старший лучник и еще четверо корабельщиков перебрались в суденышко. Отталкиваясь шестами, они подплыли к островку. Старший лучник ловко схватил самку орикса за рога и опрокинул в лодочку. Теленочек жалобно заплакал, затрясся на тоненьких ножках, когда его сняли с островка. За уши перетащили зайцев. Лодка подошла к дамбе. Зайцы длинными прыжками помчались в заросли камыша. Самка орикса побежала прочь, гордо подняв голову. Следом неуклюже скакал теленочек.

– Хорнахт! – окликнул его хозяин, когда тот взобрался обратно на палубу.

– Да, господин, – поклонился старший лучник.

– Зачем отпустил такой роскошный обед? – в шутку упрекнул хозяин.

– Пожалел бедняг. Если б на охоте – другое дело. Но я еще подстрелю тебе косулю или дикого быка.

– Да возблагодарит тебя святая мать Исида[32 - Иси?да (Изи?да) – одна из величайших богинь древности, ставшая образцом для понимания египетского идеала женственности и материнства.

– Справа лодка! – крикнул смотрящий.

Легкое папирусное суденышко стремительно приближалось к кораблю. Худой, загорелый человек в одной набедренной повязке всем телом наваливался на шест. Иногда он размахивал одной рукой, другой удерживал шест, и громко кричал.

– Чего орешь? – перегнулся через борт Хорнахт, когда лодочка стукнулась о корпус корабля.

– Шерданы! – вопил лодочник. – Напали на поселение.

– Морские разбойники, – обернулся старший лучник к хозяину.

– Пусть указывает путь кормчим, – распорядился хозяин. Крикнул слуге: – Принеси мое оружие и шлем.

– К бою! – скомандовал Хорнахт.

На корабле тут же поднялась беготня. Оружейник доставал из трюма копья, щиты, луки и раздавал корабельщикам. Весла с силой ударили по воде.

– Корабль впереди! – закричал смотрящий. – Нас заметили. Уходит в канал.

– За ним! – На носовую стрелковую площадку поднялся Птахмоз. Еще недавно его облачение напоминало жреческое, но теперь кожаные доспехи и сияющий медный шлем преобразил его в могучего воина.

– Эй! – зычно крикнул он. – Боевую песню! Да пойте так, чтобы нас в Шардании услышали.

Корабельщики грянули тягучий грозный напев. Ветер в парусе подвывал им.