Русский город Севастополь

 – Направление на румб ост-норд-ост. На Евпаторию? – спросил он у Корнилова.

– По всей видимости, – согласился тот.

Вновь появился адъютант.

– Доклад с Лукулльского телеграфа.

– Читайте, – разрешил князь.

– Видим ордер в семьдесят вымпелов, в двух колоннах.

– В двух? – переспросил Меньшиков. – С Тарханкута докладывали о тех колоннах.

– Видят только две, – отрапортовал адъютант.

– Если в двух семьдесят, значит в трёх – больше ста, – сделал вывод Меньшиков. – Владимир Алексеевич, – обратился к Корнилову, – готовьте флот.

Захват Евпатории

– Прапорщик Кречен прибыл! – влетел Павел в кабинет главнокомандующего.

– Плотнее дверь прикройте, – попросил Меньшиков. – Как освоились на новом месте службы? Жалобы есть? Квартиру хорошую дали?

Главнокомандующий встал из-за стола и подошёл к Павлу вплотную.

– Всем доволен, ваша светлость.

Меньшиков пристально посмотрел ему в глаза.

– Что это за мадмуазель, с которой вы вчера гуляли по бульвару?

– Екатерина Давыденко, – запинаясь и краснея, ответил Павел.

– Смотрите, сея девица многим голову вскружила. До дуэли недалеко. И отец у неё строгий – кавторанг Довыденко. Знает такого?

– Дуэлей не боюсь! – тут же нашёлся Павел. – С отцом знаком. В хороших отношениях.

– Ох! – покачал головой Меньшиков. – Какое вино предпочитаете: сухое или креплённое? Может вам больше нравится коньяк?

– Никак нет.

– А в карты много проиграли?

– Простите, я не играл, – не понял, к чему клонит главнокомандующий.

– Какой вы правильный, – добродушно усмехнулся Меньшиков и дружески похлопал Павла по плечу.

– Поведайте, что за беда с вами приключилась в училище? В ваше дежурство кто-то ушёл самовольно ночью из казармы, да ещё подрался?

– Ах, вы об этом. – Павел опустил глаза.

– Так, это вы были виноваты?

– Отчасти – я, – признался Павел.

– Вы знали, что они ушли, или без вашего ведома все произошло? – попросил уточнить Меньшиков.

– Так точно, не знал.

– Зачем взяли вину на себя? Стоило ли выгораживать тех, кто вас же и подставил?

– Но, они – мои товарищи. Тем более, это я недоглядел, – повторил Павел.

– А может, вы не боялись наказания, зная, что отец за вас вступится? – хитро прищурив правый глаз, спросил Меньшиков.