Под знамением Бога Грозы

Ты же не думаешь, что я предам всех, кто бился со мной плечом к плечу, кто шел со мной на смерть, кто поверил мне… Брошу все начинания и удеру куда-нибудь в Ахеяву?

– Разреши поехать с тобой на Большое Собрание!

– Ты один из панкуса и имеешь все права участвовать в Большом Собрании. Только единственная просьба: будь сдержаннее.

– Ну… Не знаю. Если кто-нибудь посмеет косо взглянуть на тебя…, – Цула погрозил небу своим большим, крепким кулаком.

7

Кони каким-то чутьем находили дорогу. Только летом бывают такие черные ночи.

Ничего не разглядишь на шаг впереди. Колесница опасно наклонялась, наезжая на камни. Подпрыгивала на ухабах, тряслась, съезжая к обочине. Один из коней споткнулся и чуть не упал. Цула выругался, слез с колесницы и ощупал сустав животного.

– Удобная ночь для грабежа, – не весело пошутил он.

– Скоро выглянет луна, – прикинул Суппилулиумы, пытаясь определить время по звездам. – Надо поторопиться. Большое Собрание начнется рано утром.

Вдруг черноту пронзил свет мерцающего огонька.

Цула заметил свет.

– Фазарука зажег факел, – значит дорога свободна. Теперь можно без опасения ехать до самой Цапланды.

Фазарука держал факел высоко над головой. Когда свет выхватил из мрака колесницу, он передал факел воину, стоящему рядом.

– Хранят тебя Боги, Великий. Сойди с колесницы, отдохни. Здесь у меня есть вино и фрукты.

– Благодарю. Некогда, – отверг предложение Суппилулиума. – Мы и без того еле плетемся.

– Можешь ехать спокойно, – заверил его Фазарука.

 – Я обшарил каждый кустик, каждую ложбинку. Мои воины зарубили пятерых бандитов. Одного удалось взять живьем.

– Что-нибудь выпытали?

– Рассказал, что нанял их одноглазый старик. Они должны были подстеречь тебя и убить.

– Арнуванде не терпится разделаться со мной, – усмехнулся Суппилулиума. – Спасибо, Фазарука. Теперь поедем быстрее.

Колесница подкатила к воротам Цапланды, когда небо подернулось бледной синевой.

– Кто внизу? – окликнул стражник

– Суппилулиума, носитель жезла Бога Грозы, – последовал ответ.

Когда они проезжали сквозь мрачные сводчатые ворота, шагах в тридцати от сторожевой башни через стену перелетело легкое копье. К нему была привязана крепкая веревка. Копье уперлось между зубьев стены. Несколько человек проворно и бесшумно взобрались по веревке наверх и спрыгнули на другую сторону.

Весь панкус присутствовал на утреннем богослужении и жертвоприношениях. Церемонией руководил сам лабарна Арнуванда.