И умереть мы обещали

– Картуши[23 - Картуш – бумажная трубка с пороховым зарядом и пулей] вон те, – указал Степан на кожаную лядунку[24 - Ляду?нка (нем. Ladung, от laden – заряжать; букв. «зарядница, патронница») – специальная сумка, из комплекта снаряжения, предназначенная для боевых припасов] с зарядами.

– Как угодно, – услужливо поклонился немец.

– Шпагу, наверное, надо еще? – спросил я у Степана.

– Гы, – оскалился он, показывая крепкие зубы. – На медведя со шпагой? Тесак надо. Вон тот, – указал он на стойку в углу, где покоилось холодное оружие.

Вооружившись, мы прошли в буфетную и набили торбу съестным: хлеб, сало, пирожки какие-то, то ли с грибами, а может с капустой…

– Барин, Александр Андреевич, табачку бы еще, – взмолился Степан. – У Федора одна махра. Горло дерет, что, ежа проглотил.

Мы поймали буфетчика, снующего с графинами, и приказали дать нам табаку, да не какую-нибудь заплеснувшую пачку, а свежего.

– Ох, что вы, что вы, – обиделся буфетчик.

Федор уже ждал нас на окраине леса со своей лохматой собакой.

– На, – вручил он Степану короткую пику с небольшой перекладиной у наконечника. – Ого, барин, хороша пужало, – оценил он ружье. Вот с таким-то стволом – да!

Он вздохнул, поглаживая свою старую фузею[25 - Фузе?я (польск. fuzja, также фузия от фр. Fusil) – дульнозарядное гладкоствольное ружьё с кремнёвым замком].

– Пошли уж, – поторопил его Степен. – Скоро смеркаться начнет.

– Успеем, – успокоил его Федор. – Мельник медведя на старой засеке видел. Это как раз возле моей лесной сторожки.

– Постой, – вдруг забеспокоился Степан. – А как твоя Марфа поживает?

– Сплюнь! – ни с того, ни с сего разозлился Федор, – Что енту заразу вспоминаешь. Два года, как сгинула. Не является. Может, сдохла, мож прибил кто…

– Это вы про кого? – поинтересовался я.

– Это любовь его давнишняя, – засмеялся Степан.

– Не кликай беду, – еще злее огрызнулся Федор. – Сбереги нас, Богородица. – Он перекрестился.

Мы шли сквозь сосновый бор, проваливаясь по колено в сугробы. Ружье становилось все тяжелее и оттягивало плечо. Федор – знай себе – шустро вышагивал впереди, прислушиваясь к лесу. Его лохматая собака мелькала где-то меж серых стволов. Вдруг она подняла отчаянный лай. В ответ раздался рев.

– Все! Нашли, – обрадовался Федор.