Дорогами илархов

Тогда я стал будина выставлять на праздниках бороться. Он мне уже пять кобылиц выиграл и две коровы. Никто его одолеть не может. Хорош! Подумываю отдать ему в жены одну из своих дочерей. Пусть живет свободным, нарожает мне крепких внуков. А? Лошадь ему дам, пару коров…

– Силен, – согласился Спитамен, оценивая бугристые плечи и мощные ноги борца.

– А у тебя есть достойный противник моему будину? – неожиданно спросил вождь. – Давай, выставляй своих массагетов, Спитамен-ксай.

– Уважаемый вождь, – растерялся Спитамен.

– Не выкручивайся, как уж, – напирал сколот. – Воины должны быть сильными. Выставляй против будина любого. Я ставлю коня, самого лучшего из моего табуна. Давай!

Фидар, сидевший неподалеку, заметил полную растерянность на лице Спитамена, поднялся.

– Дозволь мне, уважаемый посланник из Персии встать за тебя?

– Кто это? – Заратат впился в аорса колючим взглядом.

– Мой товарищ, – ответил Спитамен. – Мы вместе служили в Персии. Он слыл лучшим борцом.

– Массагет?

– Нет. Он – аорс.

– А! – протянул вождь сколотов. – Знаю аорсов. Храбрые воины и всадники отличные. Но посмотрим, как он попробует одолеть моего будина. Что ставишь?

Спитамен с надеждой взглянул на Фидара, тот чуть заметно кивнул: не переживай. Посланник тяжело выдохнул:

– Золотые монеты из Персеполя.

– Сколько?

– Сотню.

– Покажи.

Слуга Спитамена принес изящную шкатулку резного дерева, приоткрыл крышку. Во чреве сверкнуло золото.

– Ого! – глаза вождя вспыхнули, но он тут же закапризничал: – Сотню – мало!

– Как – мало? – возмутился Спитамен.

– Ты же сказал: сотню монет ставишь! – возмущенно напомнил вождь.

– Не стоит конь сотни монет, – не соглашался Спитамен.

– Хорошо, – сдался вождь. – Ставлю сверху дойную корову, нет – двух коров. А ты тогда добавляй свою одежду. Она мне как раз подойдет, – решил он, нагло пощупав мягкую шерстяную ткань рубахи посланника, как будто одежда – уже его.

– Сначала выиграй, – безразлично ответил энарей.

– И выиграю!

Между тем все становище шумело и кричало. Воины спорили на борцов. Фидар снял рубаху, оставаясь в одних штанах, и приготовился к схватке. Будин, как медведь тяжело пошел на него, раскрывая объятия. Они сцепились. Кости затрещали. Будин старался подмять под себя противника, но Фидар стоял крепко.