Белая пустота

Зрачки его кошачьих глаз то расширялись, то сужались.

– Плох, – наконец произнес он. – Ну, и зачем ты повела его через пустыню Сета?

– Я знаю, что делаю, – отрезала Клава.

– Высохнет он, – безнадежно пожал плечами воин.

– Госпожа Баст разрешит сорвать цветок с дерева жизни.

– Для этого слизняка? – в негодовании воскликнул воин-кот.

– Не нам судить, слизняк он или – нет. Поднимай его. Надо спешить, пока у него еще есть силы.

– Не донесем, – опять покачал головой Василий.

– Что ж, – вздохнула Клава.

– Ты это сделаешь? – воин чуть не задохнулся от гнева.

– Отвернись! – настойчиво повторила Клава.

Она нагнулась к моему лицу, и я почувствовал ее поцелуй на губах, горячий… Вас когда-нибудь целовала кошка? Ничего интересного. Но я тут же ощутил прилив сил. Как будто огненная струя полилась в меня, разогревая мышцы.

С трудом поднялся на ноги, вновь оперся на плечо Клавы. Мы продолжили путь. Воин с кошачьей головой даже не взглянул в нашу сторону, всем видом выражая свое отвращение.

– Кто он? – спросил я у Клавы, указывая на широкую муску-листую спину воина.

– Василий. Ты его не узнал? Он живет в нашем доме у пенсио-нерки на первом этаже.

– А-а! – вспомнил я. – Черный кот, что вечно торчит у помойных баков.

Василий хмыкнул. Клава серьезно сказала:

– Он не питается помоями. Он гоняет крыс от баков. Вы, люди, должны быть ему благодарны, а не швырять в него камни.

– И за что его благодарить? – не понял я.

– Вместе с мусором вы на помойку выносите отрицательную энергию.

– Крысы, тоже из ваших?

– Серые твари живут в другом измерении, но я бы не советовала тебе туда заглядывать. Ничего интересного не найдешь среди вонючих нор, мрака и вечных драк за превосходство.

Я ощупал грудь, где меня этот гад полосонул мечом. Как будто тысячи иголок впились в тело. От боли поплыли разноцветные круги перед глазами.

– Он меня чуть не убил, – пожаловался я. Но Клава никак не ответила. – Я бы умер?

– Умер? – она задумалась. – До чего же ты еще глупый. Здесь не умирают.

– А как?

– Теряют жизненную энергию. Существо сохнет. Помнишь теней? Они вечно торчат у дверей в переходы. Это иссушенные души.

– За что их?

– За грехи, так, по-моему, у вас это называется. Тени стонут, жалуются. Их отовсюду гонят, издеваются над ними.