Ветер. Книга 2. Начало времен

 – Моя мать, например, считает некоторые истории, про тех же привезённых женщин, красивой сказкой. Почему мы все говорим на одном языке, хотя там написано, что женщины не знали языка мужчин?

– Так было же время, чтобы выучить, – удивился её предположению Иван.

– Не знаю, наши предки любили красиво складывать истории.

– Как жили, так и складывали, – ответил Прометей. – Потому-то мы и пытаемся искать их следы.

Он допил свой чай, встал, потянулся и закряхтел.

– Надо погрести, ни ветерка.

– Я погребу, – предложил Иван. – А ты ложись.

– Ладно, часа три подремлю. А вы потише.

– Хорошо, обещаю молчать, – ответила Анхелика, понявшая, что этот камешек был в её огород.

Прометей свернулся калачиком на крыше трюма. Иван сел на самый нос плота и заработал веслом. Анхелика села рядом, опустила босые ноги в воду и молча любовалась возникающими возле них барашками.

– Я бы не стал так делать, – посоветовал Иван.

Анхелика тут же вытянула ноги из воды.

– Почему?

– Я таких монстров в воде насмотрелся, что к краю плота близко подходить боюсь.

– Ты меня пугаешь?

– Надо мне больно тебя пугать. Просто предупреждаю. Ты и сама увидишь как-нибудь. У материка их больше.

– А можно и мне погрести?

– Можно, только весло не утопи.

Анхелика взяла весло и попробовала погрести им. Получалось плохо. В её слабых руках древко скользило, выворачивалось, да к тому же мешал порезанный палец.

– Тяжело, а у тебя на вид всё просто, – удивлённо и обиженно произнесла девушка.

– Сначала и у меня не получалось.

– Я научусь тоже, – уверенно произнесла Анхелика.

– А тебе это надо? Вон у тебя кухня, на целый день работы. Твори, выдумывай, радуй нас.

– Ладно, – Анхелика положила весло. – Не женское это дело.

Она подошла к Ивану, обхватила его сзади руками и забралась ими под одежду.

– Ты… хорош, ты чего? – Иван покивал головой в сторону спящего Прометея.

В глазах Анхелики загорелись чёртики.

– Он крепко спит.

Но Прометей не спал. Он кашлянул и прочистил горло.

– Видишь, – одними губами произнёс Иван. – Иди, свари чего-нибудь.

Анхелика поджала губы, насмешливо-мстительно глянула на Ивана, но пошла выполнять работу.

Набежал ветерок. Парус расправился и потянул плот. Ивану оставалось только подруливать. Чем ближе к материку, тем темнее становилась вода. Грязь, вымываемая течениями с материка, загрязняла побережье.