Жорж-иномирец 2

– Тебя держит твоя обезьянья глупость. – Ответила она и показала клыки.

– Я не обезьяна, мы же договаривались.

– Ты не был ей, но стал.

– Нет, я человек, человек, мы все – люди. – Я начал корячиться, чтобы поговорить с Лялей и с каждым моим движением происходящее вокруг меня начинало меняться.

Вместо Ляли я увидел окровавленное вокруг рта лицо красотки. Ее наполнившиеся безумной жаждой глаза. Из шеи у меня торчала трубка, из которой текла кровь, моя кровь. Борис сидел рядом со стекленеющим взглядом. Выбравшая его девица жадно высасывала через трубку, как коктейль несвежую кровь водителя.

– А ну-ка сучки, вампирши хреновы! – Я встал на ноги и отвесил пендаля красотке. Она отскочила и испуганно упала прямо на землю. – Устроили из меня Кровавую Мэри.

Я отвесил пинка второй. Кровопийца тоже упала, как затравленная хозяином собака и испуганно уставилась на меня. Кажется, они совсем не ожидали сопротивления. Третья подружка высасывала соки из довольного Вени. Я схватил ее за волосы и стукнул головой о борт машины.

Вампирша потеряла сознание и мягко осела на песок. Изо рта у нее потянулась струйка крови. Четвертая пара, уединившаяся за машиной, тоже не ждала меня. Врач, с глупой физиономией, благодарно принимал смерть от губ красотки. Я отшвырнул ее в сторону. Петр поднял на меня ничего не выражающий взгляд и упал навзничь.

– Дебилы! – Я пнул его, но в душе больше сердился на себя, из-за того, что был больше других подготовлен к встрече с подобным и проморгал опасность.

Врачи лежали без движения, бледные, с глупыми улыбками на лице.

– Их смерть была желанной. – Произнесла вампирша, облюбовавшая меня.

– А вы сейчас сдохнете нежеланной смертью, твари. – Я вынул монтировку из-под сидения водителя и кинулся к девице.

Она спорхнула с места и бросилась бежать. Я, с такой потерей крови не смог сделать и десяти шагов. Дыхание сбилось, в глазах потемнело. Еще несколько шагов и можно было потерять сознание. Остальные девицы, кто были на ходу, тоже пустились наутек.

Мне, с огромным трудом удалось затолкать в салон студенистые безвольные тела врачей. Я сам сел за руль. Воображение моих спутников в настоящий момент не работало, и можно было попытаться обмануть природу, чтобы вернуться в родной мир.

Снова ночь и дорога. Разбитая машина все так же моргала «аварийкой». Если и этот мир окажется не тем, то стоило начать готовить мужиков к суровой правде, или же тащить их всех в Транзабар и бросить там. Признаться, они мне уже надоели.