СЕБ

Себастиен кинулся поддержать его.

– Ого, кажется голова кружится у меня совсем не от слабости.

Настойчивая трель передающего устройства не давала Хорхе Мендесу пребывать в состоянии спокойного сна. Вчерашняя крепкая попойка, закончившаяся только под утро, не позволяла дуче найти в себе силы встать и принять сообщение. Если бы кто-то видел дуче со стороны, то его, наверное, позабавили попытки ответственного лица проснуться. Хорхе двигал мышцами лица, вытягивая рот и поднимая брови. Мычал что-то невразумительное под нос, скидывал ногу с кровати, делая попытки слезть с нее.

Он бы так и не проснулся, если бы не вошла его горничная, седая старушенция, являющаяся дуче двоюродной теткой. Она тронула за плечо Хорхе. Это не помогло. Она принялась его трясти, а когда и это не помогло, дернула его за усы. Дуче резко сел и схватился за усы. Ничего не понимающим взглядом, в котором еще плескались остатки вчерашнего алкоголя, он вылупился на горничную.

– Ты чего это дура себе позволяешь? – Спросил он строго, наполнив комнату нездоровым амбре.

– А ты не слышишь, как эта чертовка звенит уже битый час. Тебя же снимут с должности и не спросят.

До дуче дошло, что его уже давно беспокоит звонок переговорного устройства. Он оттолкнул старушку и бросился к трубке. Хорхе щелкнул тумблером, на пульте загорелась зеленая лампочка. Дрожащими руками он поднес «колокол» с динамиком к уху.

– Хорхе Мендес, дуче южной четверти у аппарата.

– Ты что, опять нажрался дуче? – Из трубки раздался искаженный помехами голос. Дуче никогда не знал, кто звонит, потому что все голоса казались одинаковыми.

– Нет, никак нет, в полях был, на шахтах. Смотрел, как подготовка идет к сбору урожая, чтоб все готово было у крестьян, чтобы не нуждались ни в чем.

– Да, да конечно, верю. – Ироничную интонацию говорившего дуче смог уловить. – Ты думаешь, что я не знаю о твоей пьянке.

Хорхе подозревал, что его контролируют, но не мог понять, как. Переговорное устройство было только у него, значит, его товарищи не могли настучать. Остается предполагать, что за ними следили откуда-то с небес. Верхние люди были изобретательны и вполне могли придумать что-нибудь этакое. Поняв, что отмазаться уже не получится, Хорхе сознался в своем грехе.

– Ну, я принял вчера совсем немного, но это было исключительно в лечебных целях.