S-T-I-K-S. Брат во Христе

Он решил лежать до тех пор, пока не станет адекватно воспринимать окружающий мир.

По его дому топали обутые ноги. Открывали ящики и шкафы. Для врачей «скорой помощи» такое поведение могло быть чересчур бесцеремонным. Состояние улучшалось. Отец Анатолий открыл глаз. Мир стоял на месте. Он обернулся в сторону топающих ног. Мужчина средних лет, с суровым лицом, заметил его движение.

– Ожил, батюшка? – спросил он скорее иронично, чем участливо.

– Вы кто?

– Эй, мужики! Поп пришел в себя, интересуется, кто мы есть!

По дорогому полу затопало еще несколько пар обутых ног.

В комнату заглянули еще три любопытных мужских лица, и все они были суровыми. Один из них, по-видимому, самый авторитетный, вошел внутрь и присел рядом с отцом Анатолием.

– Ты как?

– Вы кто? – повторил свой вопрос батюшка. – Почему в моем доме ходите обутыми?

– Ругается – значит, в порядке, – констатировал мужчина. – Встать можешь?

Отец Анатолий был готов к худшему, но у него получилось подняться довольно легко.

– Добро пожаловать в Улей, свежачок!

Мужики рассмеялись, но не злобно.

– Что это значит?! Кто вы, и почему слоняетесь в моем доме?! Я вызову полицию! – Святому отцу было страшно при виде четырех вооруженных мужчин, но они не походили на бандитов, поэтому он позволил себе немного их припугнуть.

Его попытка припугнуть вызвала смех.

– Отец, или как тебя принято звать, батюшка, ты попал в Улей вместе с домом. Что странно: раньше кластер подгружался без него и тебя. Я и товарищи мои такого не припомним, чтобы здесь дом стоял.

Выпей еще живца, и станет совсем хорошо. Повезло тебе, что ты один переметнулся сюда и сразу – иммунный.

– О чем вы говорите? Не пойму. Какой Улей, какой кластер? – Отец Анатолий вдохнул из горлышка бутылки и с плохо сдерживаемыми позывами вернул ее назад.

– Это… – главный мужчина постучал по бутылке, – самая главная ценность в Улье. Как говорят по-церковному, хлеб наш насущный. Пить его тебе все равно придется. А рассказывать все про Улей неверующему Фоме бесполезно.

Пойдешь с нами, по дороге все сам увидишь.

– Я никуда не пойду! Это мой дом! – Отец Анатолий сложил руки на груди.

– Будь уверен, что насильно за собой мы тебя не потянем. Но оставаться здесь – это найти верную смерть.

– Особенно, такому бестолковому свежачку.

– Скажи, ты видел того, кто оставил тебе бутылку с живцом?

– Нет. Перед тем как я отключился, в доме был еще один бродяга. Тогда в бутылке была обыкновенная водка.