Москва навсегда. О нелюбви и не только

Один из них, высокого роста, худой, темно-русый, с щегольскими усиками а-ля рус, улыбался, показывая большие и кривые, как не из его челюсти, а какого-то большего существа, зубы, насмешливыми карими глазами смотрел на Андрея.

– Подскажи, сколько время? – спросил он.

Андрей глянул на наручные часы: – Пять минут третьего.

– Час спокойно есть, – сказал темно-русый своему товарищу, такому же худощавому, но пониже ростом, размеренного склада движений голубоглазому блондину. Крайнов на мгновение задержался взглядом на бутылке с шампанским.

Андрей, шагнул на полянку.

– Владимир, – протянул темно-русый маленькую ладонь.

– Роман, Никитюк Роман, – уже протягивал свою руку блондин.

– Да у меня нет ничего к столу…

– Зато у нас есть! – сказал Владимир, доставая пластмассовый стаканчик из целлофанового черно-белого пакета, на котором была изображена жеманная дама с томными глазами, в шляпе.

– По какому случаю шампанское? – взяв в руки стаканчик и подставляя его под вино, которое взялся разливать Роман, спросил Крайнов.

– Обмываем удачные переговоры с моим будущим шефом, – ответил Владимир. Крайнов вопросительно посмотрел на него.

– Я осенью поступаю в аспирантуру здесь, в Москве.

– Понятно, а вы откуда?

– Мы из Томска, – впервые заговорил Роман. У него был размеренный и неспешный, глубокий баритон, который часто встречается у худощавых людей с крупными чертами лица.

– Я в этом году закончил исторический, Володя – социологический.

– Это молодой факультет, в Томском универе, первый выпуск, – сказал Владимир.

– Так мы почти земляки! Я из Нска. Завтра в Москве первый день на работу выхожу, – обрадовавшись как своим, ответил Крайнов. – Поздравляю тебя, Владимир!

Тот довольно улыбнувшись, кивнул другу, Роман достал из пакета бутылку дешевого российского коньяка.

– О, надо же, хорошо подготовились! – усмехнулся Крайнов.

– Да, что от этой шипучки толку… Открыв бутылку, Роман разлил по стаканчикам буроватую, пахнувшую затхлым, крепким алкоголем жидкость.

– Давайте за знакомство, – сказал Владимир, и не дожидаясь никого, не чокаясь, выпил. Выпив потянулись за шоколадом и фруктами.

– Ндаа, наш коньяк…, – морщась и кривя глаза на бутылку, пробормотал Роман.

– Ну, наливай тогда, за то, чтобы через три года пить французский.